Тьма императора. Жизнь на двоих

Вперед вышел высокий мужчина с густыми черными волосами и направился следом за императором, Эн и Валлиусом, которые уже следовали к лифтам.

– Алекс, в какую палату? – спросила Эн, не оборачиваясь.

– Четыреста пять.

Арен разговоров почти не слышал – он нес Агату как можно осторожнее, стараясь не забывать про эмпатический щит. Ощущать сейчас чужие эмоции он совершенно не хотел – своих было слишком много.

Контур, коконом окружавший дочь, не мерцал и не пульсировал – просто светился, так же ярко, как и прежде, когда Агата лежала на земле среди пепла.

Милая маленькая София. Неужели больше никогда?..

– Сюда, – сказала Эн, распахивая перед Ареном створки белой больничной двери.

Палата, в которую вошел император, была очень просторной, с удобной, почти двуспальной койкой, широкой тумбочкой, столом у окна, парой стульев и даже шкафом для одежды – но Арен этого и не заметил. Он аккуратно, не дыша, положил Агату поверх белоснежного покрывала и с тревогой вгляделся в лицо дочери – бледное и по-прежнему безучастное.

– Около получаса назад возле Императорского музея была активирована портальная ловушка, – заговорил главврач. – Ее высочество осталась невредимой благодаря тому, что… – Он на секунду запнулся, будто эта мысль его удивляла. – …Что ее аньян стала контурным щитом.

– Аньян? – А вот в голосе реаниматолога было не то что удивление, а настоящий шок.

– Аньян, – вмешалась Эн. – Но давайте не будем терять время. Алекс, вы не могли бы распорядиться, чтобы мне принесли необходимую аппаратуру? Мне нужен «колпак» и…

– Стоп-стоп, – перебил ее заведующий отделением. – Вы что собираетесь делать? Я не очень понимаю. Я не против того, чтобы обеспечить вас оборудованием, но хотел бы знать, что вы планируете предпринять. Я ведь отвечаю за все, что происходит в моем отделении.

– Я пока не знаю, что собираюсь делать, – ответила Эн спокойно.

– Я прошу прощения, но, на мой взгляд, здесь все ясно. Есть три варианта – надо катализировать сознание либо медикаментозно, либо физически, либо ментально и заставить девочку отпустить контур. Чем скорее она его отпустит, тем лучше.

– Замолчите.

В палате повисла тишина. Арен напряженно смотрел на дочь, теперь уверенный в том, что ему не показалось, и Агата действительно сильнее сжала кулаки.