Агнец

Дождь-целитель наших душ, – рассказывала она. – Вот, что я думаю о дожде! Глупо, да? – засмеялась она.

Я задумчиво смотрела на Юку, на её доброе лицо и сияющие карие глаза. Даже в пасмурную погоду эти глаза сияют. Они для меня словно маяк. Я подставила ладонь под капли дождя. Листья деревьев оживали, умываясь водой, постепенно оживала и я.

– Я не думаю, что это глупо. Я думаю, что ты права, – ответила я. – Юка, если ты будешь для меня маяком в этом море черни, ты не будешь против это? – поинтересовалась я.

– Я? – удивилась она, и глаза её блеснули от изумления. – Не против. А ты будешь для меня этим дождем?

– Дождем? Хорошо, – я улыбнулась. – Если хочешь, я буду для тебя самым сильным ливнем.

Я впервые произносила такие странные слова. Но сейчас это не казалось мне чем-то из ряда вон выходящим, а совсем наоборот…

ил. Ледяной маяк

***

– Мэй! – крикнула Альба, прикрываясь руками от потоков ливня. Она схватила меня за руку и затащила обратно в хранилище.

– Я решила освежиться, – сказала я. – А когда-то я ненавидела дождь, но благодаря ей… – я замолчала и улыбнулась.

Альба принесла старое большое покрывало и стала раздевать меня.

– Нога не болит? – спросила она.

– И правда! – удивилась я. – Не болит, – радостно сказала я, стягивая мокрую футболку.

– Завтра даже шрама не останется, – ответила Альба. – Но всё же странная ты.

Я укуталась в одеяло и взяла большую кружку с чаем. Теплый напиток грел мои замершие руки.

– Все мы странные, – спокойно сказала я, аккуратно отпивая из кружки. – Ты тоже странная.

Альба слегка усмехнулась и присела на стул. Она была худой, невысокого роста и выглядела лет на четырнадцать. Альба заметила, что я разглядываю её.

– Мне семнадцать лет, никак не четырнадцать и не тринадцать! – воскликнула она, насупив нос.

Я не смогла сдержать улыбку, смотря на ёё детское выражение лица. На что Альба раздраженно фыркнула.

– Подумаешь, ну, выгляжу, как малявка, и что? – спросила Альба, как бы сама у себя.

– Мне? – я задумалась. – Ну, наверно двадцать, а может двадцать один – сказала я, озабоченно. – Ах, нет, двадцать два!

– А ведешь себя как четырнадцатилетняя девочка! – воскликнула Альба.

– Детство бьёт ключом в моем стареющем организме, – засмеялась я. – Душа не попа, вечно молода!

Альба рассмеялась. Мои воспоминания подняли мне настроения.