Край, где поселились люди

Еще одна попытка дозвониться в экстренные службы закончилась неудачей, и замерзшие соседи с тоской и печалью посмотрели друг на друга.

– Так, давайте хлопнем по рюмашке и подумаем, шо нам делать, – предложил Миша.

Соседи выудили из кастрюли недоваренные пельмени, разлили по чашечкам бульон и опрокинули по очередной стопке.

– А как мы будем без газа… А чай… Все холодное… – пробормотала Лиля.

– Да не дрейфь, дите. Ща придумаем. Я думаю, давайте немного подождем, если связь не появится, надо на улицу топать, там уже по обстановке действовать.

Машина заведется…

– Миш, да там замело прилично, еще вечером. Не выедешь со двора.

– Тогда надо пешочком топать до дороги, а там уже по ситуации смотреть, может, связь там появится… Шо там на улице? – Миша подошел к окну. – Ни х*я не видно, извините за выражение. Вот это праздничек.

– Да всю ночь мело… – снова тихо добавила Лиля. – Я в окно смотрела, а к утру и в окно вообще ничего не видно было.

– Так, давайте е*нем по рюмочке, – Миша потянулся к бутылке.

 – Холодно, пи**ец!

– Не ругайся, Мишаня.

– Да пусть ругается, дядь Ген, я сама ругаюсь. Иногда. Правда, очень холодно.

Связь не появлялась, запасы воды, как оказалось, были минимальными, и мужчины стали собираться в путь. Закутались, надели теплые бушлаты и обулись в зимние ботинки.

– Лиля, ты на хозяйстве, вот ключи, если что, дверь на верхний замок закрывается.

– Я вас тут подожду, а то у меня холодно…

– Да, конечно, тут будь, – кивнул Геннадий Петрович, и мужчины вышли за дверь.

Лиля прилегла на соседский диван, закуталась в пледы и одеяла плотнее, закрутившись ими со всех сторон. От спиртного она немного согрелась и почувствовала, как ее стало клонить ко сну. Стас не выходил из головы, воспоминания о нем теребили свежую душевную рану, а еще и холод проникал до самых косточек.

Лиля вообще была девушкой субтильной, очень худенькой, и постоянно зябла даже в теплом офисе. Она куталась даже там в длинные кардиганы, и со временем перетащила все кофты на работу.

Дома Лиля не мерзла, ей всегда было тепло вместе с любимым Стасиком. Он вывез свои вещи, и она только сегодня обнаружила, что утеплиться было совершенно нечем, так, в куртке и ботинках, закутавшись в одеяло, она и просидела на кухне всю новогоднюю ночь, листая телефон.

От скуки и тоски Лиля нашла только единственное занятие в темноте – рассматривать то, что находилось в мобильнике.