Пряжа из раскаленных углей

Молодой парень уважительно именовал меня «госпожа Никки» и всю дорогу не переставал трепаться обо всем на свете, однако болтовня его не раздражала и не пугала. Я с удовольствием слушала о прибытии в порт южных кораблей, сокрушалась от известий о том, какой ущерб нанесло наводнение на равнине Наррот, хохотала над незатейливыми шутками, которыми молодой посыльный пересыпал свои рассказы. Очевидно, что малый был просто посыльным и в дела Валдеса не был вхож. Однако в кабинете Главенствующего мага Имперского сыска меня встретил, разумеется, Пехеб и настроение мое быстро упало вниз.

– Подопечная, – нарочито радостно приветствовал меня опекун Угго, не сделав при этом ни малейшего движения мне навстречу. Полуразвалившись в кресле за столом, с самодовольной улыбкой он смотрел, как я осторожно вхожу в кабинет, и оценивающе щурился. Одет был Валдес в превосходный темно-красный с черной отделкой камзол, покрой которого удачно подчеркивал ширину плеч, а цвет приятно гармонировал с жаждой крови, столь явно демонстрируемой его носителем.

– Ты неплохо себя показала, дорогуша. Я вполне доволен. Я же говорил, что мы неплохо сработаемся. Хотя Пехеб говорит, что тебе доверять нельзя. Правда, Пехеб?

– Сэр Аврус Миленкий умер из-за того амулета? – невежливо перебила я «опекуна Угго», не глядя на Пехеба и не дожидаясь его подгавкивания.

– Похвально, – осклабился Валдес, – Неужели ты это поняла?

Я проглотила издевку и пожала плечами.

– Представьте себе, поняла. Мы забираемся в чужой дом, заходим в комнату, в которой не был какой-то маг, подкладываем гадкий амулет, а после этого хозяин дома умирает.

– Да, ты не дура, – задумчиво подтвердил Валдес, сложив пальцы «домиком» и слегка поигрывая ими. Глаза мага стали колючими, но предупреждению я не вняла.

– Аврус Миленкий – Имперский Канцлер! Это же фигура, правда? – злость так и перла из меня, – Чем он Вам мешал? За что Вы его убили?

Глаза Валдеса стали совсем злыми, однако на губах зазмеилась презрительная улыбка:

– Убил, дорогуша? Кто тебе сказал, что его убил я? Это сделала ты.

Такая простая и кристально чистая мысль как-то попросту не пришла мне в голову. Потому и поразила меня словно обухом по голове. Меж тем маг продолжал, бросая слова со смачным пришепетыванием, словно обливая меня деликатесной грязью:

– Любой магический предмет оставляет след, дорогуша, след от прикосновения.