Ненавижу тебя

Ребенок с родной бабушкой, которая трясется над ним, как над самым ценным сокровищем, но… ужасающее чувство вины перед дочерью уже накрывает меня, как цунами.

"Уже еду" – набираю я в ответ. Сообщение отправляется, но галочки не меняют цвет – видимо, мама совсем занята Соней, и не может его прочитать.

– Наааааааасть?

– Прости, Юль, – бормочу я, очнувшись, – дочка плачет. Мне срочно надо домой.

Она тихо вздыхает.

– Такси вызвать?

– Да я уже. Должно с минуты на минуту подъехать.

– Дети – зло, я всегда знала.

Слушай, может, поплачет и уснет, а? Ты сколько уже не отдыхала? – предлагает мне Юлька.

Фу-ух. Так, Настя, дыши.

Качаю молча головой, хотя больше всего хочется съязвить или нагрубить в ответ на ее последнюю фразу. Молчу, потому что Юлька не знает, что такое дети и какое место они занимают в сердце матери.

– Скажи мужу, что просто кто-то неудачно открыл дверь тебе в лицо, – произношу я напоследок, а Юля начинает хихикать. Потом охает и морщится, схватившись за нос, – ладно, Юльчонок.

Лене скажи, что я уехала, пусть только не обижается.

– Скажу-скажу. Ладно, мать-наседка, иди!

Да елки-палки! Какая я мать-наседка?!

Выдохнув, ухожу. Забираю пальто, одеваюсь и выбегаю на улицу. На парковке стоит желтое такси – сверяю номер с цифрами в смс-ке и радостно бегу к нему. Сорок минут по пробкам и я дома.

Я сажусь внутрь машины, называю адрес и расплачиваюсь с водителем. Такси отъезжает с парковки, а я прислоняюсь виском к стеклу и провожаю взглядом горящие праздником окна ресторана.

Внутри скребет странное чувство, будто бы я покидаю не просто какой-то праздник, а праздник жизни. Счастлива ли я? Несмотря ни на что – да. У меня есть прекрасная дочь, и нормальная работа. У меня есть уютная маленькая квартира. Я не променяю это ни на что другое.

Однако, легкая грусть и тоска, все же, иногда отравляет это светлое счастье.

Такси подъезжает к подъезду ровно через сорок минут, как я и предполагала.

– Спасибо, хорошего вечера вам, – благодарю я седого дядьку-таксиста, который добродушно кивает мне на прощание, хватаюсь за ручку двери, поднимаю взгляд и замираю.

Ледяные мурашки страха бегут по моим рукам и пробираются до самого сердца.

Возле подъезда стоит знакомая фигура. Я бы заплатила самому черту, лишь бы никогда больше не видеть его. Мне страшно, но дома ждет дочь, поэтому я должна выйти. Переступить через себя…

Открываю дверь, покидаю такси и решительно иду к подъезду.

Мужчина замечает меня.