Потерянная юность

Прошло больше часа времени после моего пробуждения, но все же ничего не менялось. В те самые моменты, когда удавалось сделать более-менее полноценный глоток воздуха, когда ощущаешь, как он наполняет легкие, наполняя все тело этой энергией, когда без этого глотка воздуха будет конец, понимаешь жизни вкус. Когда задумался о том, как это важно дышать, многие даже и не подозревают, что это и есть счастье. Я лег на кровать и начал рыдать так горько от ужаса и безысходности, который меня наполнил. Совершенно не знал, что делать, куда бежать.

Мир для меня поделился на две части, до этой беды и после. Себе дал обещание, что это останется в тайне, очень боялся расстроить родителей, это была только моя личная катастрофа, которая перевернула душу и внутренний мир. Как было больно от того, что совершенно здоровый ребенок наполненный энергией, мог за считанные минуты превратиться в рухлядь, так рано начать мыслить категориями смерти, когда ровесники и друзья продолжали жить все той же беззаботной детской жизнью и в общение со мной не подозревать какую боль я в душе ношу. Помню, когда просыпался по ночам не от желание попить воды, и даже не от ночного кошмара. Вся моя жизнь превратилась в один сплошной кошмар… Просыпался от того, что задыхался, в эти моменты меня охватывала тотальное бессилие, как мир мог с такой злобой упасть на хрупкие плечи ребенка, неся всю его несправедливость на этих самых плечах. Засыпая, понимал, что могу не проснуться, и все же с надеждой ждал, что когда проснусь, больше не будет этого мучительного хватание воздуха губами, все будет как прежде, я бы понесся играть в футбол с ребятами. Но все мои детские надежды перечеркивало утро, я понимал, что еще один день придется драться с миром за существование. Психика и тело уже к первой недели данного недуга были полностью измотаны, а еще столько придется пережить. Я совершенно потерял в себе уверенность, мой внутренний мир был разрушен. Моя неуверенность перешагнула все критические нормы, очень редко ходил в магазин, потому что жутко начал заикаться, и так было стыдно мне от этого. Всячески отказывался от похода в магазин, а родители меня считали лентяем. Мы семьей очень любили собираться вечером под любимую юмористическую телепередачу, но теперь я стоял на коленях в другой комнате в страшных рыданиях, и просил Бога о защите и помощи мне. Так проходило несколько часов, когда молитва вперемешку со слезами наполняли комнату.