Няня по принуждению

От кого я сбежала? Я впервые его вижу! Он меня с кем-то путает! Ужасно то, что язык становится ватным от яростного взгляда незнакомца, и я не могу вымолвить ни одного оправдательного слова.

– Ребёнка отдай, – звучит тихий приказ, а я вздрагиваю и в панике мотаю головой.

Я обязана защитить малыша. Пусть даже сама пострадаю!

Глава 3

– Паспорт для начала покажите, – предлагаю я тихо, – если это ваш ребенок и вы за ним пришли.

– Я пришел не только за ним, но и за тобой, дрянь, – отвечает холодно мужчина.

В этот момент малыш поворачивает голову, смотрит удивленно на этого огромного бородача и, сморщившись, начинает отчаянно реветь.

– Да он же вас не узнает. Вы кто такой? Я полицию сейчас вызову, – бормочу я, пятясь, и врезаясь спиной в стену коридора. Кажется, все плохо. Кто же они? Киднеперы? Узнали, что у меня чужой ребенок и решили украсть, пока отца не нашли? А я им для чего?

Муж бледнеет, продолжая тихо пятиться в комнату, и главный переводит на него взгляд.

Потом криво усмехается.

– Это твой любовник? Переломайте ему ноги и вышвырните вон.

– Эй, подождите, погодите, – трусливо бормочет Вова, когда два амбала хватают его за плечи, – я ничего не делал. Вы же из-за ребенка? Забирайте его и уходите. Рит, отдай им ребенка! Ты что стоишь?

– Это мой муж, – вырывается у меня, – вы чего? Пожалуйста, объясните, что происходит.

– Муж? – переспрашивает с хриплым смехом главарь, – верю. Паспорт твой настоящий у меня, Мирослава.

Вышла замуж по новым документам? Только тебя это не спасет. Я твой муж. Пока ты жива, – он прибивает меня к земле мрачным, тяжелым взглядом, и я понимаю, что он не шутит. Он не шутит, но тут явно какая-то путаница, – и тебя спасает только то, что ты держишь на руках нашего ребенка.

Боже, что происходит? Я попала в какой-то страшный и дурацкий сон, где жуткий незнакомец говорит, что я его жена и найденный малыш – наш общий ребенок.

– Меня Рита зовут. Вы ошиблись… пожалуйста, отпустите Вову.

– Еще слово, и я твоему любовнику не только руки сломаю, но и шею сверну. Собирайся и спускайся.

– Рит, делай, что они говорят, – слышу я испуганный голос мужа, и молнией бросаю в его сторону взгляд. Он бледный и трясется. Мне больно и страшно, что он говорит такие вещи, но в душе вспыхивает ярко надежда – ну, точно! Он просто позвонит в полицию, как только они уйдут. Опишет, как выглядели, может, из окна номера машины подсмотрит.