Няня по принуждению

Сидеть в золотой клетке в мои планы не входило.

– Придется поменять планы. Твой муж продал тебя мне. Очень дешево, кстати, – смеется тихо и зло Амир, а я, шикнув, разворачиваюсь и с грохотом задвигаю дверь душевой кабинки. Бесит! Сквозь матовое стекло я вижу только неясные очертания этого монстра.

– И за сколько же, интересно мне знать, от меня продал? – цежу я сквозь зубы.

– Двести тысяч, Маргари-та, – насмешливо отвечает Амир, – так он тебя оценил. Животное можно купить дороже.

Двести тысяч?! Как мерзко.

Я в шоке выдыхаю, чувствуя себя окончательно униженной. Двести тысяч за то, чтобы молчать, забыть о том, что можно обратиться в полицию и написать заявление о пропаже. Господи, он мог бы сказать мне сегодня “давай уедем, Рита. Скроемся где-нибудь, денег на первое время хватит”. Но он предпочел отметить… Отметить, черт побери, развод!!!

Мы оба простые люди. У нас нет такой власти, как у Амира. Открыто противостоять ему глупо. Но неужели у Володи не нашлось даже простых, человеческих качеств? Преданности, верности, в конце концов…

– Меня нельзя продать, – зло говорю я, – так что все, что вы делаете – незаконно.

– Мне плевать на закон. Все в мире покупается и продается. Хватит там торчать, вылезай.

– Высушу вещи – вылезу! Оценили товар? Оставьте теперь меня одну!

– Заштопаешь себя тогда сама, – в голосе Амира снова появляется холод, но мне все равно. Плевать! Я не буду покорной овечкой, – у тебя есть десять минут.

– Эй! – произношу я, глядя, как фигура разворачивается и уходит, – я не успею высушить вещи! Вы… да и иди ты, – тихо бормочу я, когда дверь закрывается, – нашелся тут царь и бог.

Я закрываю тут же кран, отодвигаю дверцу душа и выхожу, подбирая с пола вещи. Осторожно прислушиваюсь, а потом иду на цыпочках к окну.

Поворачиваю ручку, открываю, заглядываю вниз и фыркаю:

– Да чтоб тебя…

Пёс прекращает копошиться в земле под окном и поднимает морду.

– Гав, – отвечает он мне глухо и злобно. Похоже, он будет только рад, если я сейчас спущусь.

С таким же глухим урчанием обглодает мне кости.

Да и не спущусь я, второй этаж, как-никак. Высунувшись наполовину из окна, я осматриваю двор и территорию за забором. Меня никто не увидит, даже если я буду кричать, привлекая внимание. Все вокруг засажено высокими деревьями. На заборе камеры видеонаблюдения.

Прекрасно, я в тюрьме. Спасибо, дорогой муж за такую судьбу, не ожидала от тебя предательства. Как Мирослава смогла вырваться? С ребенком это в разы сложнее.