Няня по принуждению

Как только смогу улизнуть – сниму его и останусь в своих вещах. Наверняка меня будут искать как девушку в темно-синем длинном платье.

Я пробегаю мимо зеркала, и ахнув, останавливаюсь. Ну и ну. Вот это видок. Амир точно заметит, что я спрятала одежду под платьем. Мне приходится потратить еще три минуты и c сожалением поменять футболку на какую-то легкую маечку на тонких бретельках.

Телефона и сумки нигде нет, а значит нет и ключей от дома. Я устало смотрю в окно, на листья, которые вздрагивают от легкого ветерка.

Глянцевые зеленые листочки бликуют тепло и умиротворяюще на солнце. “Что с Вовой-то?” – мелькает усталая мысль. Он хоть позвонил в полицию или я вернусь в пустую квартиру, потому что его тоже увезли в неизвестном направлении?

Не знаю, не знаю, ничего не знаю. Как же трудно бежать в неизвестность без поддержки…

Когда я покидаю комнату, и пересекаюсь с Амиром возле выхода из дома, то мое лицо имеет крайне скорбное выражение – какое и надо.

– Я готова, – произношу я тихо, и Амир кивает на двери.

– Иди.

– Вы поедете со мной?

Кажется, он едва приподнимает в ответ бровь.

– Нет.

Не сдержавшись, тихо фыркаю. Хочу было сделать шаг, как широкая ладонь неожиданно ложится мне на спину, и я замираю, едва не задохнувшись от страха.

Его рука медленно и с нажимом скользит вниз, к пояснице.

– Красивое платье, – через грохочущий в ушах пульс слышу я голос Амира. Наверное, сейчас у меня разорвется сердце, если он не остановится. Он же почувствует, что под платьем у меня не голое тело.

О, Боже, мне конец, если он все понял.

– Мне просто оно очень понравилось. Я в нем уже ходила сегодня. Вы только сейчас заметили? – выдавливаю я, – я могу идти? Хотелось бы закончить побыстрее. До того, как ребенок проснется.

Ненавижу себя за такое вранье. Как же трудно лгать.

Амир убирает руку, и я с облегчением выдыхаю, чувствуя, как меня начинает потряхивать. Осторожно поднимаю на него взгляд, и мне тут же хочется провалиться сквозь землю. Он едва уловимо усмехается.

А темные глаза будто прожигают меня – настолько пытливо он смотрит.

– Иди, – коротко произносит он, и я, не веря своим ушам, разворачиваюсь, толкаю дверь, и быстро выбегаю наружу.

Боже-е! Я, кажется, просто себя накрутила. Да разве этот безэмоциональный тиран мог почувствовать что-то подозрительное? Он, наверное, везде грубый, как деревяшка, не только в душе.

У ворот меня встречает тот самый лысый мужчина, от которого я вчера убегала в лесу.