Бремя версий

Напоследок он провёл её по своей дороге среди лип, но шёл, молча, ничего не стараясь объяснить.

Ирина это почувствовала и поняла, что Игоря в этом городе держит не просто упрямство или стремление к карьере, а свой собственный подход к жизни, от которого он не откажется даже ради неё.

Ужинали дружно и опять всухомятку. Игорь по особому рецепту приготовил кофе, и они выпили несколько рюмок коньяка из плоской бутылки.

Для сна Игорь разложил диван-кровать, застелив белое свежее бельё. По летней жаре можно было спать без одеяла, просто под простынёй.

Когда утром Игорь открыл глаза, Ирины рядом уже не было. Он поднялся и вышел на кухню. Ирина, в лёгкой кофточке и летних брюках, сидела за чашкой чая и набирала текст в мобильном телефоне. Подойдя, он поцеловал её в макушку. Она подняла голову и улыбнулась.

Пора было завтракать. Игорь начал готовить омлет, Ирина нарезала в салат овощи.

Программа дня у Игоря выработалась незамысловатая. Сначала сходить на речку и искупаться, а потом пообедать в кафе с кавказской кухней.

Но оказалось, что у Ирины другие планы и, с учётом дальней дороги, ей пора отправляться на вокзал. Игорь только развёл руками, и возражать не стал.

До очередного поезда оставалось сорок минут, поэтому к вокзалу шли не спеша, Игорь помахивал рюкзачком, Ирина рассказывала про учёбу, но всякие медицинские премудрости Игорь пропускал мимо ушей.

На счастье, для этого состава калашинский вокзал был конечным, поэтому было много свободных мест. На подъезде к Москве возвращающиеся с грузом урожая дачники займут все проходы и тамбуры. На платформе они обнялись и поцеловались. Ирина разместилась в середине вагона у окна. Игорь стоял снаружи, глядя на неё, и думал, что возвращаться в опустевшую квартиру ему неохота.

–Ты пришли смс, когда доберёшься, – попросил он в открытую фрамугу вагонного окна.

–Конечно, – откликнулась Ирина и помахала рукой.

Стукнули закрывающиеся двери, и поезд тронулся, увозя хорошее настроение.

Игорь развернулся и, наступая на собственную короткую тень, побрёл обратно.

28

Понедельник с утра тащился по наезженной колее. Ничто не предвещало неожиданных событий, но они произошли. К обеду в отдел прибыл лично Зинченков.