Границы человечного

Тогда в чём?

Чем мог молодой оборотень так насолить вампирам, что те решились начинать разборки так прилюдно и нагло?

И почему именно сейчас?

Ни на один из вопросов внятного объяснения у меня не появилось, что хорошему настроению никак не способствовало.

Да и пускать кого-то в дом я не особо люблю. Ну, вот ничего не могу с собой поделать, наверное, повышенный территориальный инстинкт свойственен не только оборотням.

– Идем, сразу покажу, где сегодня переночуешь.

Слово «сегодня» выделила, чтобы у Юры не возникло ненужных иллюзий.

Хоть парень мне и нравился, но настолько глобально брать работу на дом мне совершенно не улыбалось.

Стажер без особого интереса заглянул за дверь и кивнул, удовлетворившись осмотром. Никаких особых изысков в гостевой спальне не было, обычная комната, зато под окном цвел распустившийся жасмин, благоухающий на несколько участков. Сама я его терпеть не могла, мучаясь головной болью от одуряющего аромата, но срубить куст не поднималась рука – покойная бабушка его очень уважала.

К тому же он закрывал дыру в заборе, и если растение извести, то забор придется чинить, а то и новый ставить.

«Я не жадный, я хозяйственный».

По-хорошему, на этом можно было бы заканчивать с политесами, но оставить парня без ужина не позволила совесть. Или чувство здорового самосохранения – а ну как с голодухи на меня кинется и попытается сожрать?! Нет, потом он, конечно, сдохнет в корчах, но такой поворот всё равно не вдохновлял.

Господи, какая дурь в голову лезет… А ещё смеялась над Юриными предрассудками, при том, что сама не намного лучше.

– Иди за стол.

Стажер тенью прошмыгнул в ванную, а потом на кухню. Что-то он слишком пришибленный, может, всё-таки немного помяли, а сказать гордость не позволила?

– Как себя чувствуешь?

– Нормально.

Я пожала плечами, не собираясь становиться ничьей сестрой милосердия. Ну, нормально и нормально.

– На нижней полке журнального столика лежит бумажка, там пароль от вай-фая.

Я иду поливать огурцы, не скучай. Если будут убивать, ори громче, у меня как раз лейка металлическая, прибегу и спасу.

Не дожидаясь ответа, покинула постояльца, внутренне надеясь, что посуду он за собой помоет.

Вечереть не начинало ещё и близко, но дневная жара уже спала, и окрестности бурлили жизнью. Где-то совсем рядом с ленцой погавкивала собака, хрипловато вещало радио «Маяк», а соседка, невидимая из-за забора, усердно перемывала всем кости.