Усмирить Дракона

Вся цивилизация районного центра сосредотачивалась в одном месте – вокруг площади Ленина. Во главе площади с самим памятником Ленину, стояло здание администрации. По бокам от него располагались единственная гостиница в городе с единственным рестораном на первом этаже, где в основном отдыхало от серых будней старшее поколение, и старый дом культуры с колоннами, в котором по субботам собиралась молодежь. Все это находилось буквально в десяти минутах ходьбы от дома Яны, но, чтобы не замерзнуть окончательно, это расстояние она преодолела почти бегом.

У входа в ДК, вокруг старинных облезлых колонн, толпилась молодежь, курящая обычный табак. Это было единственным правилом, при котором в ДК разрешалось проводить подобные сборища: не курить внутри помещения. Под кальяны выделялась отдельная комната справа от входа в основной зал. Яна миновала курящую толпу, там не было ее знакомых, и вошла в основной зал.

По центру располагался танцпол. Диджей уже крутил какую-то музыку, но на танцполе было пусто.

– Янчик? Ты ли это? – удивилась Лера и даже обняла подругу при встрече.

– Привет! Представляешь, я!

– Вот это номер! А мать в курсе?

– Да ты что? Я в окно вылезла.

– А, ну да, чудес не бывает, – констатировала факт подруга. – Пиво будешь?

– Нет, от него перегар сильный. Надо что-то не такое вонючее.

– Понятно, – смекнула Лера и заказала у бармена два коктейля.

– Заплатишь со своей карты? – спросила Яна. – Я тебе потом переведу деньги. Не хочу светиться. Вдруг мать расходы проверит.

– Не вопрос! – без проблем согласилась Лера, знавшая большую часть подноготной семьи Пашаевых, забрала бокалы со стойки и скомандовала подруге следовать за ней.

Девушки продефилировали через пустой зал к противоположной стене и вошли в кальянную комнату. Вот здесь уже во всю праздновался вечер субботы.

Лера подвела Яну к столику, где сидели еще трое ее одноклассников. Все были шокированы появлением Яны Пашаевой, но довольно тепло приняли ее в свою компанию.

– Чего никто не танцует-то? – спросила по незнанию Яна.

– Так рано еще! Десять вечера – еще все трезвые! – откликнулся один из парней.