Любовь моя

У нее масса переливов, оттенков. Мы грешим избыточным употреблением слов «Любовь», «Бог». А их надо слышать через тишину и недосказанность. Мы затираем их, они мельчают. В голове надо прорабатывать свой и чужой опыт, продумывать увиденное, услышанное, прочувствованное, Проговаривать всё это с близким человеком. А мы разучились мирно беседовать друг с другом. Ругаемся, ссоримся или уткнемся в телевизор, всё видим, слышим, но не вникаем. «Она взглянула на него». Как? Почему так? «Он ответил».

Почему так? Какие ниточки их связывают, какие уже оборваны? Тонкость чувств и любовь ушли или во что-то преобразовались?

– Поступать так, как надо всегда очень трудно, даже когда понимаешь, что все упирается только в тебя. Иногда эта ясность возникает сразу, но удержать это понимание в себе тоже не всегда удается, – созналась Инна. – Да и близкие люди часто оказываются неблизкими. И самих себя мы не всегда принимаем, но уговариваем…

Внутренне и внешне встряхнувшись, Инна продолжила рассуждать:

– В своих книгах я бы не следовала за молвой успеха знаменитостей, а дальше всех пошла бы в своем откровении, в поисках собственного стиля и яркой манеры выражать свои мысли, нафантазировала бы себе что-то бессобытийное в привычном смысле и в то же время удивительно насыщенное, мощное.

В своих фантазиях я бы на меньшее не согласилась. Это до известной степени…

Жанна вторглась в «излияния» Инны, еле слышно насмешливо пробурчав:

– И чтобы к тебе со всего света стекались писатели, а ты оказывала бы на них влияние, воздействуя силой своего таланта… И все охотились бы за твоими новинками.

– Ведь главное – это то, что есть во мне. – Голос Инны зазвучал тише, но в нем чувствовалось напряжение тщательно скрываемого крика. Ане и Лене не хотелось над ней шутить и тем более иронизировать. – Я бы приняла свой талант – этот дар небес, этот сигнал свыше, – как знамение… Это скрасило бы мою жизнь.

Но хотеть и иметь возможность реализовать мечты… – сказала она уже совсем другим тоном. – И всему этому должно предшествовать… Что, занесло меня? Ладно, знаю. Шучу я.

«Какая невероятная концентрация взглядов! Какая тонкость оттенков, побуждений и мотивов! А говорила, что мужчины присвоили себе способность к системности мышления. Но для тебя, Инна, она естественна. Ты невероятно умная женщина», – насмешливо подумала Жанна.