Эпизоды

И как перед собой оправдаться? Как объяснить свою вялость, и свое житие с той, которая уже давно не волнует, не возбуждает, не вдохновляет. И как будто не жаль своей жизни, каждого дня, прожитого не по своему, не для себя, не в согласии с самим собой!

Страшно. В 52 прыгать в темноту страшно. А неизвестность – это и есть темнота. Страшно не знать, где лежат чистые носки и «пакетики с чаем».

Точнее, страшно назначить им другое место в другом доме.

Как оторваться от всего привычно, липкого, обволакивающего? Взять на себя риск и ответственность за свою проходящую мимо жизнь? Выскочить из этого плацкарта и сесть в бизнес класс "Люфт Ганза"? Ну, или идти пешком в старых кроссовках – как получится.

Я трус. Не могу сказать той, которая все еще верит, что она любима и нужна – что жизнь с ней утомляет и раздражает меня, я не хочу находиться с ней рядом.

Я не падаю в обморок от отвращения, не запиваюсь насмерть, но я гибну, как будто ношу на груди медальон из полония, и он медленно убивает меня.

Она хорошая, очень хорошая. Все еще довольно молодая, красивая, настоящая, заботливая, верная, хозяйственная. Уверен, многие мужчины были бы счастливы с ней. Я не смог. Я не счастлив. Мне хочется кричать. Орать от того, что я все еще тут –  в теплой затхлости этого привычного мира. Но она, ведь, не виновата. Она выросла в своей системе координат и ценностей. В своем заземленно-мещанском принятии жизни, без юмора, книг, живописи, музыки – с копеечкой к копеечке, сначала однушка, потом двушка, с рачительностью, несговорчивостью и прижимистостью во всем.

Моя жизнь – моя настоящая жизнь – другая – это погоня и противостояние. Это движение, контакты, свобода и время. Это зарабатывание такого количества "бабок", которое мне необходимо. Это вечное неумение копить и откладывать – только тратить.

Ей легче экономить, чем зарабатывать по потребности, ее стихия – жить по возможностям. Мне – добиваться и делать свою жизнь достойной.

Ее стихия – подчиняться тому, что дано, и не пытаться достичь большего. Моя – жить на переделе. Мы разные. Нет, мы стали похожи. Я же, в конце концов, занимаюсь тем, чем «положено» изо дня в день, и исправно тяну лямку под названием "хороший муж".

Живя с ней, я даже стал зарабатывать меньше.