Моя главная роль

В Москве столько людей, что наверняка можно увидеть похожие детали гардероба на ком-то другом. А Никитке я всё-таки скажу пару ласковых!

Я сделала это сразу же, едва взбежала наверх по ступенькам, выйдя на своей станции. На улице моросил колючий дождик.

– Ник, значит, ты давно водил меня за нос? – без предисловий начала я.

– Лёля? – спустя долгую паузу ответил мой бывший. – Ты о чём?

– Не называй меня этим дурацким именем! – тут же привычно вознегодовала я. – Сколько раз я тебя просила!

– А сколько раз я тебе говорил не звонить мне в такую рань? – молниеносно отбил удар Никита и громко зевнул.

За несколько последних лет мы с ним достигли совершенства в боях за собственную правоту. Я глубоко вздохнула. Окстись, Елена Марковна, уже давно пора сложить своё оружие!

– Я тебя разбудила? – я постаралась придать своему голосу раскаяние. – Прости, пожалуйста, просто меня захлестнули эмоции…

– Эмоции? – ехидно спросил он. – Это новость! Разве ты способна на них, дорогая?

– Ник, давай не будем начинать с начала, ладно? – Я переложила телефон из одной руки в другую.

Зонт я так и не раскрыла, о чём уже начала жалеть. – Иначе опять наш разговор закончится банальной ссорой, и мы так ни к чему не придём. А у меня к тебе очень важный вопрос.

Он помолчал. Сейчас закурит, – решила я и не ошиблась. Утро моего бывшего мужа всегда начиналось с сигареты. За четыре года совместной жизни убедить его в том, что это очень вредно для здоровья, мне так и не удалось.

– Ну, что у тебя случилось на этот раз? – он выпустил дым прямо в трубку. Я поморщилась и помахала перед собой рукой, как будто на самом деле вдохнула в себя эту вонючую гадость.

– Речь идёт о твоей профессиональной чести!

– Что?? – кажется, мне удалось сбить его нахальство. Когда дело касалось его работы, он становился собранным и очень серьёзным. За это я его и уважала. – Поясни!

– Пять минут назад на одной тётушке я видела точно такую же пряжку со змейками, как у меня!

– Не может быть! – Никита облегчённо выдохнул.

 – Этого не может быть, потому что другой такой пряжки просто не существует.

– А я тебе говорю, что видела её собственными глазами! Это была она, точь-в-точь!

– Послушай, Лё… Алёна! – он повысил голос. – Я не знаю, что ты там видела, но могу уверить тебя, что я не делал похожей пряжки никогда и ни для кого! Ты сама знаешь, что для меня это значит!

Я знала.