Хорья фабрика

Хорья фабрика

Елена Михайловна Крылова

Если дверь не заперта, значит ли это, что за ней кто-то ждет? Девушка Майя, которая ничего не помнит о себе, кроме собственного имени и того, что она вошла в незнакомую дверь, оказывается в месте, больше похожем на сон. Здесь не действуют привычные законы природы, представители элиты внешне напоминают предметы, а хорьков выращивают на специальной фабрике, которой руководит жестокий директор. Что это – загробный мир или психоделическая игра ее подсознания? Тем временем родители беспокоятся о пропавшей дочери и нанимают для ее поисков частного детектива Дмитрия Совина.

Елена Крылова

Хорья фабрика

Из мешка

На пол рассыпались вещи.

И я думаю,

Что мир —

Только усмешка,

Что теплится

На устах повешенного.

Велимир Хлебников. 1908

Пролог

Это была бескрайняя пустыня, способная поразить своими масштабами любое воображение. Сквозь красную потрескавшуюся почву с трудом пробивались жалкие пучки растительности, а подняв взгляд выше, можно было видеть возвышающиеся тут и там каменные утесы нелепой прямоугольной формы.

Цвет их, так же, как и цвета земли, был близок к красному, а их рваные очертания напоминали о ничтожности всего сущего перед вечностью и непогодой.

Довершали картину медленно плывущие, ощипанные со всех сторон ветром облака, подсвеченные солнцем такого же красного оттенка. И они, и вся эта пустыня, и время в ней были тягучи и густы, как кисель, поэтому все предметы расплывались, разъезжались и мгновенно трансформировались по-новому.

По пустыне неспешно брела девушка с длинными прямыми волосами цвета пшеницы, к которым стороннему наблюдателю непременно захотелось бы прикоснуться рукой, чтобы ощутить их чарующую мягкость. Одета она была в белое платье с короткой юбкой-тюльпаном, отделанное кружевами, нарядное, но заметно поношенное, а ее не в меру массивные теплые ботинки, которые совершенно не вязались с платьем, пылили по красной земле.

Этой девушке не было жарко, ее не мучила жажда, она просто неторопливо, и, по всей видимости, бесцельно шла вперед сквозь сонное марево, превращающее все в дымку.

Ее путь пролегал вдоль полотна железной дороги, которое служило девушке единственным ориентиром. Слой красной пыли, покрывающий темные полосы рельс, свидетельствовал о том, что поезда здесь ходят нечасто.