Черное солнце

– Возможно ли, чтобы лагерь, такой, как его описывают твои агенты, был создан за столь короткий срок, менее чем за два месяца с момента прихода Грубера к власти? И насколько вероятно, что там происходит именно то, о чем они сообщают?

– Если честно, адмирал, сведения о лагере и мне кажутся преувеличенными. Власть может быть жестокой, но не настолько. Тем более, в целом у нас очень хорошие отношения с Берлином…

Баве вытянулся перед адмиралом и щелкнул каблуками.

– Да, да… ну что ж, у каждого бывают ошибки.

Глаза Синклера, похожие на глаза мудрой жабы, позволили себе немного улыбнуться.

– Мы оставим агентов в Берлине, но прежде вызови их сюда под предлогом того, что их миссия окончена. Посмотрим, что они еще нам расскажут, если их напугать.

***

Первая полоса «Фолькишер беобахтер» молчаливо поприветствовала Харри огромной фотографией фюрера и жирным готическим шрифтом, после которого следовала статья о том, как славно было отмечено первое Рождество Третьего Рейха.

– Je t’emmerde!

Фрау Кельнер смяла главную нацистскую газету и отшвырнула подальше от себя, вздрогнув при виде мужа.

– Обычно ты говоришь «merde!», Кельнер рассмеялся.

– Тебе лучше знать, Харри.

Губы девушки растянулись в искусственной улыбке, она поднялась из-за стола, оглянулась по сторонам, и, убедившись, что Кайлы нет в столовой, наклонилась к нему.

– Ты отправил сообщение?

Голова Харри утвердительно опустилась вниз.

– Надеюсь, ты не сообщал о том, что я беременна? – Агна положила ладонь на край стола и тяжело вздохнула.

– Нет… твое личное дело?

Светлая бровь поднялась и застыла на занятой высоте.

– Да! Мое личное дело, Кельнер. Но спасибо, что не сообщил. И да, в следующий раз, когда будешь отправлять информацию в Центр, потрудись сказать об этом мне.

Девушка начала обходить стул, на котором сидел Харри, когда он резко схватил ее за руку.

– Что это значит, Агна? Что ты придумала?

– «Что это значит, Агна?», «Как ты можешь, Агна?», «Что ты говоришь, Агна?», «Считаешь себя лучше меня, Агна?», «Что ты придумала, Агна?»

Фрау Кельнер попыталась вывернуть руку из хватки мужа, но у нее ничего не вышло, и она звонко рассмеялась.

– Слишком много вопросов, герр Кельнер, но… – она с улыбкой наблюдала за тем, как Харри быстро поднимается и снова, как несколько дней назад, нависает над ней. – … у тебя ничего не получится, я тебя не боюсь.