Черное солнце

– Как я рада тебя видеть! Выпьешь с нами?

Ханна кивнула в сторону своей знакомой, и перевела вопросительный взгляд на блондина.

– Нет времени. Мне нужно поговорить с тобой.

Светлые глаза фройляйн Ланг весело блеснули, она быстро прошла к столику, сняла со спинки стула пальто, и что-то коротко шепнув девушке, ожидавшей ее, улыбнулась, подхватила сумочку и прошла мимо Харри, останавливаясь впереди него.

Взгляд через плечо, и вот уже Кельнер следует за ней. Как легко!

– Где мы можем спокойно поговорить?

Ханна наслаждалась хмурым видом Харри и не спешила с ответом.

Подойдя к нему совсем близко, она чуть-чуть приподнялась на носки. Под черными туфельками зашуршал гравий. Губы в красной помаде, оставляя на мочке его уха легкие следы, с жаром прошептали:

– У меня.

Кельнер кивнул, и пошел к «Мерседесу». Открыв дверь с пассажирской стороны, он подождал, пока Ханна, которую роскошный автомобиль привел в громкий восторг, устраивалась на сидении.

Она разглядывала отделку автомобиля, прикасалась к каждой детали и радостно улыбалась, снова и снова обращая свое лицо к Харри.

Деревянные панели, кожаные сидения, музыкальный проигрыватель – Ханна прикоснулась ко всему. На лакированных деревянных панелях от ее изящных пальцев оставались легкие следы, которые, впрочем, мгновенно исчезали, стоило им только отразиться на поверхности.

В какой-то момент руки Ханны обвились вокруг Харри, и в темноте автомобиля послышался шепот:

– Так о каком срочном деле ты хотел со мной поговорить, если не удержался, и приехал ко мне в Рождество… – красавица поцеловала Харри в шею, отчего жилка на ней напряглась и дернулась, – …оставив свою маленькую жену дома? – она рассмеялась, слегка покусывая мочку его уха.

Харри шумно вдохнул воздух, отодвинулся от Ханны и достал из внутреннего кармана пальто коробку с портсигаром:

– Это ты сделала?

Серебряная крышка переливалась в отблесках уличного света. Губы Ланг довольно изогнулись, она стукнула острым ногтем по крышке и взглянула на сосредоточенный профиль Кельнера.

– Отвези меня, пожалуйста, домой, я очень устала, в лагере сегодня был трудный день. Улица Таль, 19. Холодный дом.

Сглотнув, Кельнер нажал на кнопку зажигания, и мотор «Мерседеса» довольно зарокотал.

Дорога до старого центра Мюнхена заняла совсем немного времени, и скоро Харри и Ханна остановились у нужного дома, расположенного сразу за старой Ратушей. Её острый шпиль по-прежнему указывал в небо.