«Щеглы». Первый полёт. Сборник рассказов

Lady in black медленно произносит скрипучим голосом:

– Вижу прямой пу-у-ть… Быть всему-у, – сначала она закатывает глаза к потолку, затем ее пространный взор блуждает по стенам переговорной.

Валентина тут же уставилась на потолок, словно там что-то написано.

– Валентина, попрошу вас отвлечься от наскальной живописи и изучить договор: мы ждем вас! – потихоньку начинаю звереть. Подмышки вспотели, чувствую, как в голове затикало и защелкало. В ответ молчание.

Открывается дверь. Заходит Андрей Гараев – регистратор.

– Я не вовремя?

– Нет, вы очень вовремя, Андрей: хотелось бы прекратить этот цирк и перейти к подписанию договоров, – выразительно смотрю на Валентину.

На ее лице вспыхнуло возмущение, все морщинки и складочки выстроились в вертикальные ряды и устремились вниз. Того и гляди хрюкнет, зараза.

– Пока мать Анастасия не скажет, что у вас все чисто, ничего не буду подписывать! – завизжала она.

Екатерина открыла рот и попыталась встать, хватаю ее за руку и шепчу: «Молчи!»

– Валентина, о каком мошенничестве вы говорите: мы предоставили вам оригиналы документов на авансе и все выписки? – делаю тон голоса как можно холоднее.

Она хапнула со стола лапку имбиря и ткнула мне в лицо:

– Вы мне сразу не понравились! А мать Анастасия сказала, что в вас есть могучая сила! – в этот момент ее скукожившееся лицо стало похоже на дважды печеную картошку.

«Ну, все, даже ангельскому терпению наступает конец! Сейчас я тебе устрою плохого полицейского!»

Вырываю имбирную культяпку из ее рук, вскакиваю со стула и говорю тихо и злобно, глядя в ее свинячьи глазки:

– Значит так, уважаемая Валентина Петровна! Либо прямо сейчас ваша мать, как там ее, Анастасия, прекращает причитания, убирает свои пожитки со стола, а вы читаете и подписываете договор! Либо я подключаю всю свою могучую силу, – вам же сказали, что она у меня есть, – и засовываю эту имбирную штуку в вашу, доставшую меня задницу! – последние три слова я прошипела особенно отчетливо.

Сгребаю со стола все документы:

– Екатерина, мы уходим! – прогремела я, а сама наблюдаю.

Лицо Валентины застыло как маска Крик, рука матери Анастасии начала суетливо запихивать в сумку черное яйцо, а Андрей, обхватив портфель обеими руками, вжал голову в плечи.