Борух Баклажанов. В поиске равновесия

Каким-то образом он договорился с директором, чтобы Боруха взяли в цех разнорабочим на один летний месяц.

В погожее июньское утро Баклажанов вышел из дома, одетый как на парад. На ногах у него красовались войлочные бабушкины туфли, ветер трепал полы его рабочего халата, который по случаю достала его мать, а на голове красовался отцовский танковый берет. Приодетый семьей по форме, он шел и чувствовал, что должен выполнить какую-то важную миссию, и был не вправе подвести родню. Поступь его была бодрой, он четко чеканил шаг, и лишь войлочные туфли не будили мирно спавших в тот ранний час людей.

Он шел в неизвестность, которая пугала его, но он был полон решимости и задора. Он шел, пританцовывая, и никакая сила не могла остановить его. На миг ему показалось, что даже Ленин на Московской площади подмигнул ему. «Показалось!» – подумал Борух и продолжил путь.

На проходной завода он представился и прошел на второй этаж. В приемной его встретила секретарша – дородная добродушная дама, щедро убранная золотом и с начесом, популярным среди директоров универсамов.

– Я Борух Баклажанов! – сказал он.

– Минуточку, я сейчас проверю, – ответила она, сверяя что-то в журнале посещений и поправляя пышную грудь.

– Проходите, Вас ждут! – сказала она наконец.

«Милий Мильевич Кукунов. Директор завода», – значилось на двери кабинета. Борух открыл дверь и вошел.

– Привет, Борух, – улыбнувшись, сказал Кукунов, протягивая ему руку.

Рукопожатие было мягким, чуть не свойственным человеку, руководившему крупной организацией.

– Мы тут с дедом твоим посоветовались, – продолжил он, – и решили тебя к делу приобщить. Будешь разнорабочим в ремонтном цеху.

Это был завод по ремонту грузовых турбокомпрессоров, которые свозились сюда со всех турбокомпрессорных заводов города.

– Будешь разгружать турбокомпрессоры с помощью стационарного крана и по канатной дороге транспортировать их в угол цеха. Потом уже рабочие будут ими поэтапно заниматься.

Баклажанов пытался уловить последовательность действий, впервые столкнувшись с таким количеством новых, доселе неизвестных ему слов, но его переполняла гордость за то, что такой человек общается с ним на равных и доверяет ему очень важное, как ему казалось, дело.

Кукунов же просматривал какие-то бумаги, одновременно общаясь с ним.

– Сейчас у меня тут совещание будет, – сказал Милий Мильевич, – так что, давай, я тебя быстро в цех отведу, с бригадиром познакомлю – он тебя в курс дела введет сам уже.