Северный крест

Въ сердц? художниковъ билась природа, циклическая, самозамкнутая, себя рождающая безпрестанно и себя пожирающая, растворенная въ в?чномъ Сейчасъ, не в?дающая ни прошедшаго, ни грядущаго. Они (и искусство ихъ, и его творцы) и сами были частью природы.

И дабы царю не наскучивалъ одинъ и тотъ же сюжетъ, мозаику и фрески м?няли н?сколько разъ въ годъ; по той же причин? м?няли и залы м?стопребыванiя царя: было ихъ столько, что челов?ку, не привыкшему къ чертогу, было проще заблудиться, ч?мъ попасть, куда онъ собирался: Лабиринтомъ оказывался дворецъ кносскiй.

Съ потолка нисходили св?тильники, озарявшiе – если на то была воля Имато – теми ночныя и всегда, деннонощно, наполнявшiя залу ароматами дурманящими, пьянящими мозгъ, разв?вающими мысли царя, приводя его въ состоянiе, считавшееся священнымъ: считалось въ т? дни: когда мысли улетучиваются и пробуждаются чувства – заступаетъ божественное.

Вдругъ великол?пiе было разорвано: звукомъ незнакомымъ: чашка восточной работы, стеклянная (о чудо!), поставленная въ м?сто непригодное для того – возл? ногъ царскихъ, гладко выбритыхъ утромъ въ ванн?, – и стоившая ц?лое состоянiе, разбилася вдребезги.

– Къ б?д?, – изрекъ Имато.

– Къ счастью, о царь дражайшiй, къ счастью! – нашелся что отв?тить Касато. – О Всемилостив?йшiй, не сочти за оскорбленiе божественнаго твоего достоинства и за дерзость нечестиву не сочти, но – думно мн?: надобно намъ, минуя иные наши обычаи, сов?щаться и д?йствовать въ сей, толь славный часъ, сообща.

– Да, время небывало горькое: горчайшее: волнуюсь предъ празднествомъ. Идемъ же въ бани.

– Я желалъ сказать: въ толь горькiй часъ, о владыко. Но дозволь добавить къ сказанному: о Благобыкiй! Намъ ненадобны лишнiе уши. Дозволь бес?довать намъ въ ванной зал?, ибо есть слово къ теб?.

– Добро, о высочайшiй изъ слугъ моихъ. Возьмемъ д?въ и слугъ да шута. Ибо р?чи твои сладки, аки медъ.

– О Высочайшiй, д?ло толь важное предстоитъ намъ, что твоему достоинству лишь пом?хою будутъ служить постороннiя уши.

* * *

Празднества сiи – черно-красное священнод?йствiе – исконно критскiя, и восходятъ они къ древности столь глубокой, что ни на Крит?, ни въ земляхъ иныхъ никто и не помнилъ, когда они начались: они коренятся въ бездонномъ колодц? прошлаго. Но критянамъ было изв?стно доподлинно, что это ихъ, критянъ, празднество, что не было оно привнесено на Критъ извн?.