Послезавтра было лучше, чем вчера

Андрей предлагает заняться созданием изображений для социальной рекламы. Жанне его рекомендация приходится по душе.

Сам он учится на арабиста, планирует работать синхронистом и демонстрирует свое мастерство: практически одномоментно переводит ее слова на английский, чем приводит девушку в восторг. Он признается, что Жанна ему нравится, но лучше подождать до того момента, когда он сам получит гражданство: должен в 2004. Она думает, что он, правда, еще ни с кем не встречался – наверняка корпел над учебниками все отрочество, чтобы поступить за границу, а потому тормозит, делая вид, что ему важно мнение ее родителей или чье-нибудь еще.

Молодые люди перемещаются на полутораспальную кровать в ее комнате с чипсами в руках. На стене висит несколько постеров музыкальных групп, на угловом столе – пузатый выключенный компьютер, перед ним лежат блокноты и цветные карандаши. Еще не скованные взрослыми оковами политкорректности, предрассудками, ненавистью или же пренебрежением к политикам и политике и не боящиеся показаться друг перед другом в чем-то – или пусть даже во всем – дилетантами, они откровенно обсуждают войну в Персидском заливе, переход на евро и муниципальные выборы.

Ей хочется из первых уст больше узнать о том, как Россия учится демократии и рыночной экономике, и Андрей без особого энтузиазма, но рассказывает ей о шоковой терапии, расстреле Белого дома, дефолте и огромном социальном неравенстве.

Жанна никогда не была в России, но очень хотела бы, тем более что ее зачали в Ленинграде. В детстве она расспрашивала своих родителей о их туристическом визите в Советский Союз, и они рассказывали ей, что поездкой остались не очень довольны. Их раздражало, что надо было ходить в сопровождении гида, будто они какие-то юные скауты или шпионы.

Девушка предлагает на рождественские каникулы вместе слетать в Россию: мол, ты же захочешь повидаться с близкими и заодно покажешь мне страну.

Он молчит, не зная, что сказать. Хорошо же болтали. Он, конечно, не сексист, но девочки реально интересуются политикой реже мальчиков, так что Жанна превзошла все его ожидания. Возможно, впервые в жизни он почувствовал себя по-настоящему счастливым, несмотря на то, что ему завтра на подработку к 9 утра, а в кармане 104 франка.

Он снова словно идет по полю, усеянному противопехотными минами.