Трамвай

Молча, он взял у Паши сумку, заглянул внутрь и отставил в сторону. Паша сунул ему листок, где были записаны заказы из киосков. Костик покивал, читая список и пошел вдоль стеллажа, выуживая мастер-кассеты.

– Как дела? – спросил он, наконец.

– Как обычно. Ашот на порнушку намекает.

– Да пошел он… – с порнографией осторожный Костик связываться не хотел принципиально, – А мрачный ты такой почему?

– Анька от меня ушла.

– Понятно. В смысле – не расстраивайся, девок много.

«А Анька – одна», – хотел было сказать Паша, но вместо этого спросил:

– А у тебя тут что случилось?

– Да… «Черные» опять приезжали.

– Ты Алёше сказал?

Алёшей звали крышевавшего их рэкетира. Причем, это было прозвище, а звали его чуть ли не Геннадием. Костик как-то называл имя, но Паша уверен не был.

– С ним, знаешь ли, как с Сатаной договариваться. Вроде и выполнит всё, о чем просили, только станет почему-то гораздо хуже, чем было. Да скажу я ему, скажу. Иди, отдыхай.

– Ага…

Вышедший на улицу Паша с омерзением оглядел окружающий пейзаж, полностью соответствующий его настроению и отправился домой. Мутное небо с какими-то кляксами на нем, грязный тротуар, с которого бомж собирает пустые бутылки, равнодушные окна домов. Старая грязная машина, в которой сидит какой-то утырок и слушает свой шансон…

«Пустые споры, слов туман,

Дворцы и норы, свет и тьма,

И облегченье лишь в одном —

Стоять до смерти на своем,

Ненужный хлам с души стряхнуть,

И старый страх прогнать из глаз.

Из темноты на свет шагнуть.

Как в первый раз».

Паша так удивился, что даже достал очки, чтобы рассмотреть водителя. А тот уже открыл дверь и вылез на улицу.

– Привет. Тебя вроде Павлом зовут? Я не путаю?

– Привет. – Паша кивнул собеседнику, – Не путаешь.

Стоявший перед ним парень учился на пару классов старше и был смутно знаком. Как же его звали? Филя? Филиппок?

– Фил.

– Не ожидал услышать «Воскресение», – объяснил свой интерес Паша, – Да и тебя что-то давно не видел.

– В армии был, только весной дембельнулся. А ты? А, ну да… – он обратил внимание на Пашины очки.

– Ага. Астигматизм, без них только общие очертания вижу. Ну, и как там в армии?

– Армейка как армейка, что там может быть такого особенного? Служил, как все, в автобате грузовик водил.