Сон наяву

Нужно всего лишь подобрать амплитуду колебаний электрического напряжения под частоты деятельности мозга Оли. Элементарно! Затем нужно перевести это напряжение в звук, и уже он будет воздействовать на Ольгу и усыплять ее.

Теория была готова. Дело оставалось за малым – воплотить идею в реальность. Томограмма головного мозга Ольги у Аркадия была, теперь ее предстояло обработать так, как еще никто не обрабатывал данный анализ. И все-таки аспирант института физиологии сна решил, что данных недостаточно, и уже в шесть утра был снова в палате у Ольги.

– Привет! – бодро приветствовал он девушку, убого приткнувшуюся в углу дивана с книжкой, – Это опять я!

Ольга оторвала глаза от книги и в первое мгновение изучала Аркадия. В душе его екнуло, неужели она забыла его? Но лицо Оли просветлело, она вспомнила.

– Доброе утро. Который сейчас час? Кажется, все нормальные люди еще спят, – Ольга краем глаза посмотрела за окно на пустую улицу, освещенную фонарями.

– А мы на время не смотрим, нам это ни к чему, – оптимистично заявил Аркадий и стал ловко управляться с томографом.

– Что это за чудо–машина? Где-то я ее уже видела.

– Это томограф, он дистанционный, так что мешать тебе не будет, – терпеливо объяснил Аркадий, – регистрирует импульсы твоего мозга в радиусе километра. Так что дальше не убегай.

– Постараюсь, – согласилась Ольга, – и сколько мне регистрировать импульсы мозга?

– Сама не снимай, до завтрашнего утра потерпи.

– Хорошо, значит, завтра с утра увидимся, – запланировала она встречу и в ожидании посмотрела на Аркадия.

– А вечером мне нельзя прийти? – Аркадий оторопел от такого холодного приема.

– Вечером? Вы же не родственник. Но если хотите, можете прийти, – Ольга равнодушно пожала плечами.

Они попрощались, и Аркадий поехал на работу в полном недоумении. Когда наступило утро для большинства, он улизнул с утренней летучки в коридор и набрал номер Андрея Борисовича. Отец Ольги был рад звонку Аркадия и не замедлил поинтересоваться результатами работы за три дня.

– Андрей Борисович, скажите, пожалуйста, – Аркадию было неловко выдавать свою тревогу, – насколько плохо обстоят дела с памятью Оли? Я приходил к ней два вечера подряд, мы хорошо поладили, но сегодня утром она меня вроде бы и узнала, но… Я не пойму, то ли я ее обидел чем, то ли она забыла….