Тельце

Петька огляделся:

– Смотри! – вскочил Петька. – В мусорке лежит что.

Олежка протянул руки и достал бутылку водки.

– Это водка.

– У меня отец такую пил раньше. Потом перестал.

– Почему перестал? – поинтересовался Олежка.

– Потому что денег, говорит, много стоит. Пьет другую.

Олежка открыл крышку и понюхал содержимое.

– Фу! – с отвращением поморщился Олежка. – Это гадость.

– Никакая это не гадость. Все взрослые пьют, я сам видел. На день рождения ходил к Лехе, там его мама пила, дядя Артур тоже пил.

– Нет, мой не пьет.

– Совсем не пьет?

– Ну, чай там, воду, – неловко ответил Олежка.

– Дурак ты, Олежка. Взрослый человек обязан водку пить, а кто не пьет – больной. Пойдем водку пить?

– Петька, я не хочу, – жалобно сказал Олежка.

– Значит пойду к старшим, с ними будем пить, крутыми, – Петька надменно поглядел на Олежку. Они оба понимали, что к старшим лучше не подходить, не зря же их боялись, но проводить остаток дня один он не желал.

– А где пить будем? Прям здесь?

– Не, ты чего. Пойдем к ржавейке. Я видел, как старшеклассники пьют. Надо за стаканчиками сходить и сухариками.

Они спустились с холма к ларьку около остановки. Вместе у них было пятьдесят рублей. Так как Олежка был выше, покупать пришлось ему. Он поднялся на цыпочки и постучал в окошко. Открыла его молодая нерусская девушка. Внутри пахло резким парфюмом и забродившим пивом.

– А дайте нам, пожалуйста, два пластиковых стаканчика и пакет сухариков с беконом.

– И спички, – прошептал на ухо Петька.

– И спички, – добавил Олежка.

– На что это тебе спички? – с подозрением спросила продавщица. – Петарды пойдешь взрывать, а?

– Маме на кухню, – вновь прошептал Петька.

– Мама попросила.

– Хрен с тобой. Тридцать рублей.

Олежка отсыпал мелочи в волосатые руки продавщицы, и через несколько секунд она протянула ему коробок спичек, пачку сухариков и набор прозрачных стаканчиков. Он хотел попросить у продавщицы сдачу, но Петька отдернул его и потащил за капюшон.

– Двадцать рублей не дали, Петька.

– Математист, блин. Это она за стаканчики взяла. Мы же с тобой два считали, да?

– Я не считал, но ты лучше знаешь, – ответил Олежка; его рука сжимала пакет сухариков в кармане.

Они шли по главной улице, естественно, Ленина. Солнце падало на спальный район. Далеко впереди за засохшими деревьями с гор спускались крошечные машины.