Тимьян

Яна встревожилась: вдруг и правда пытается сделать ей очередное предложение?

– Я спустил все деньги, – сказал он.

– Хочешь у меня занять? – предположила она.

Тим мотнул головой, оттопырил пальцы и осмотрел свои руки. Нервно потёр лицо и сдавленно прорычал, явно силясь подобрать подходящие слова.

– Я их на лечение спустил, – выпалил он, покраснев.

– Вылечился? – упавшим голосом спросила Яна.

Он бессильно рассмеялся, вытащил из кармана джинсов бумагу и протянул ей.

– Как же! – добавил раздражённо.

Яна смотрела на него ошарашенно, похолодевшими пальцами стискивая бумагу. Тим взглядом подначивал её прочитать, вместо того чтобы рассказать всё самому. Возможно, ему трудно об этом говорить… Да конечно! И как она сразу не догадалась? Сейчас развернёт, а там: «Выходи за меня!». Тим заржёт над её испуганной гримасой и скажет, что безнадёжно болен любовью к ней. Тьфу ты, идиот!

Яна порывисто развернула бумагу, но ждало её не предложение, а заключение из Медицинского центра борьбы с заболеваниями.

Растерянно усмехнувшись, Яна помотала головой и взглянула на Тима. Тот смотрел на неё с жуткой сосредоточенностью, будто пытался предугадать или же запомнить её реакцию. В глазах – бездна недоверия и толика раздражения. По-видимому, жалости он не хотел.

– Это чёртова шутка, – шепнула Яна.

– Это чёртова жизнь.

– Это неправда! – взвизгнула она истерично, будто диагноз поставили ей, а не ему.

Тим молчал. Яна отстранённо разглядывала асфальт и бегающих голубей, до боли в пальцах сжимая проклятую выписку. Диагноз выходил за рамки её понимания. Тим умрёт? Неправда!

Вскочив на ноги, Яна покраснела от обиды и гнева. Мешая ярость и страх, она, как ребёнок, истерично завопила:

– Ты врёшь! Врёшь! Врёшь! Это неправда!

Тим скорчил гримасу боли, подскочил как ужаленный и едва не бегом пошёл прочь. Яна хотела броситься следом, но ватные ноги вынудили сесть.

С трудом поборов истеричные рыдания, Яна аккуратно сложила выписку и утерла пылающие щёки. Какого чёрта она исполнила? Ведь он надеялся на поддержку, на понимание, а она взорвалась на тысячу осколков, больно его ранив.

Раздался привычный клацающий звук – уведомление. Яна сняла рюкзачок, засунула выписку в боковой кармашек и выудила телефон.