Крылатый Ян

Вынашивает женщина ребятенка своего, да где-нибудь с иной силой повстречается: на похоронах упадет или заблудится в лесу по злой забаве лешего. И вот испуг ее, ослабленность духа человеческого притянет в ее нутро вторую душу, только не человеческую уже.

– И что тогда?! – Ян округлил глаза со страха и ускорил шаг, чтобы идти ближе к старцу, – Как ребенок жить будет дальше?!

– Да нормально будет жить. Днем-то он обычный человек. А вот ночью – тут уж как повезет. Бывают смирные сущности, а бывают зловредные. По домам надо пройтись.

Время к рассвету бежит, как раз вычислим, кто из деревенских по ночам буянит.

Деревня Кувшиновка была небольшой – всего десять домов, общий хлев для крупной скотины, да три кукурника. Острый серп полумесяца так и не выглянул из-за туч. Небо медленно стало линять и кучевые облака проступили четче. День просыпался хмурым и дождливым.

На стук в двери люди отвечали не сразу, открывали с опаской, запускали в дом с недоверием. Светобор – высокий седой старец с прямой широкой спиной, с заплетенной в косу бородой, в красных кожаных сапогах с серой опушкой и чудным деревянным посохом – шепотом объяснялся с хозяевами, и те шли поочередно будить всю семью, включая и стариков, и малышню.

Последние просыпались неохотно, канючили, хватались за мамкины юбки. Но просыпались все. Садились в ряд и ждали. А ведун медленно обходил избу по углам, осматривал всех жильцов и молча шел на следующий двор. За ним словно хвостик увивался мальченка лет десяти с небольшим, в светло-зеленой рубашке, шитой по фасоны среднекрылых, с маленькими (не больше кулушиных) белыми крыльями за спиной.

В восьмом по счету доме нашли, кого искали: все семейные проснулись, кроме старшего сына. Четырнадцатилетний долговязый веснушчатый мальчуган спал на лавке у окна беспробудным сном, раскинув руки в стороны так, что одна до пола свисала. Рот был полуоткрыт, издавал еле слышный свист, голова паренька была запрокинута лицом в потолок.

– Всегда так спит: не добудишься с утра, позже всех встает, а вечером раньше всех засыпает.

Но работящий он, послушный, – прошептала мать Светобору, заметив особый интерес к сыну.

– Сейчас проверим, один ли он в своем теле живет, – ответил старец, не поворачиваясь к женщине, передал посох Яну, а сам взял за ноги и за плечи спящего и одним сильным движением развернул его на лавке, поменяв направление туловища, а затем еще и на живот перевернул, голову на бок поворотил, чтоб дышать было чем, а рот прикрыл краем подстилки.