Крылатый Ян

– Показывай, что за спиной прячешь! – скомандовал рыжий после того, как его подтолкнул за локоть приятель.

– Там ничего интересного для вас нет, обычная тряпица, – уклонился от ответа Ян, но машинально провел рукой по плащу, чтобы проверить не выбились ли крылья из-под ткани.

– Врешь! – зашипел второй мальчишка, будто на змею кто наступил, – Скрываешь от нас! Значит, там опасная вещь, дубинка или рогатка, а может и арбалет! А ну покажи!

Рыжий с недоверием покосился на друга – в повозке речь шла только о мешке с мусором, а теперь фантазия приятеля разыгралась до оружия.

Недовольно Захарий отметил про себя, что Ефим опять хочет показаться умнее и лучше него, даже в своих предположениях насчет деревенского босяка.

– А не оружие, так мусор, который на голову хотел сбросить нашим! – повторил свою версию Захарий и еще более грозно потребовал, – снимай тряпку!

Ян, молча, не переставая пристально смотреть на злые мордочки купчиков, снял свой плащ. Его белоснежные крылья были чуть длиннее, чем у чернокрылого, но ладные, с гладкими блестящими перышками и густой подпушкой.

– Это что за колдовство?! Откуда у тебя крылья? Настоящие? – наперебой посыпались вопросы от новых знакомых. Захарий и Ефим начали обходить Яна с двух сторон, чтобы рассмотреть крылья получше.

– Настоящие. Мои, – твердо ответил Ян, – с рождения.

– Не может быть! Врешь! Подделка! – не поверил Ефим, – небось кур ощипал, да на тесто прилепил, вот и вся магия! Дай-ка я тебе их обломаю, чтоб неповадно было.

Ты горбатый, у горбатых не может быть крыльев!

– Может! Они мои! Настоящие! – Ян отпрыгнул от агрессора подальше, чуть не свалившись под колеса последней заезжавшей кибитки. Накидка выпала из его рук, но он не обратил на нее внимания.

– Иди сюда, пройдоха! – Ефим побежал за ним, Захарий неповоротливо присоединился к погоне.

Ян перебежал дорогу и остановился. Сердце его часто билось, страшно было и больно – осознать, что купеческие дети не принимают его также как деревенские, тоже считают его крылья уродством.

Все чувства: обида, досада, горечь от недавней эйфории праздника, который не успев начаться превратился в гонение – все смешалось в душе Яна. Он поднял увесистый булыжник с земли и повернулся к преследователям.

– Не подходи, а то брошу! – крикнул он мальчишкам, бегущим за ним. Глаза его застилали слезы, но он твердо решил защищаться и если нужно, то и ударить агрессоров.