Невеста до рассвета

Наша наставница по бытовой магии как раз была в активном поиске десятого мужа, и мимо неё эльф бы точно не просочился незамеченным.

– Меня зовут Рейнар Дельвери, – представился эльф, заметив моё замешательство, – мы с вашим ректором утром подписали контракт. Так что с этого дня я ваш новый наставник по боевым проклятиям.

Рейнар… не слишком эльфийское имя. Дракон-полукровка?

– А что с леди Виллоу? – поинтересовалась Беатриса.

– Из-за обострения ситуации с тёмными гарнизон её мужа переводят на границу, и она уезжает вместе с ним.

Проклятье… ну почему обаяние фейри нельзя выключить хоть на час?! Вот за что на мою голову столько неприятностей?

Крови высших во мне полкапли, пользы с неё никакой, а проблем-то, проблем…

И, кстати, о крови. Странно, что Элисандра подпустила к нам красавчика-эльфа.

Пока Рейнар осматривал Лесли и Беату, я пристально рассматривала его, пытаясь найти подвох. Чует душенька моя, что от этого драконоэльфа будут одни неприятности.

– Никаких проклятий или подозрительных плетений я не обнаружил, – с обольстительной улыбкой объявил эльф, закончив сканирование. И добавил, уже шёпотом: – А вот браслет у вас очень интересный, леди Эльза.

Р-р-р-р-р! Не подвела меня интуиция, вот и первая проблема.

Через пару минут магический фон украшения полностью сольётся с моей аурой и уже ни один маг не отличит его от обычной побрякушки. Но этих мгновений хватило, чтобы вызвать подозрения у нового преподавателя.

М-да… сегодня явно не мой день!

– Это не запрещено, – отрезала, поправив украшение.

Главное, держаться как можно увереннее и не выдавать настоящих эмоций. А то вдруг эта зараза ушастая ещё и менталист?

– Не запрещено, но крайне небезопасно, – парировал Рейнар.

– Мы в состоянии защитить подругу. – От «добродушного» тона Беаты пробирала оторопь, и на месте эльфа я бы отступила.

Спорить с леди, вырубившей орка ударом булыжника, не самая хорошая идея!

– Я всего лишь предложил свою помощь, – пожал плечами эльф.

– И как всегда там, где тебя об этом не просили. – В низком, бархатном голосе императора сквозили рычащие нотки.