В барханах песочных часов

– Я вот знаю, Федор, о чем ты сейчас думаешь, – обратился Абасов к черноволосому, уплетая глухариную ножку, – ты сейчас думаешь, чем ты, Федор Туркин, хуже Абасова? Умен, подполковничье звание имеешь, а к золотому корыту тебе пробиться никак не удается. Просто Абасову везет больше, думаешь ты, и жуликом меня обзываешь, я ведь чувствую, – полушутя, полусерьезно резюмировал он. – Так ведь, Федор?

– Что спрашиваешь, Иваныч, коли сам все знаешь, – отозвался Туркин, ничуть не обижаясь. Видимо, такие разговоры были у них делом привычным и весьма абстрактным.

– То-то и оно, сколько уже вместе работаем, а ты мне все равно не доверяешь, хотя это же пустое дело. Вот я перед тобой вывалю все свои документы с коммерческими тайнами, и ты в них будешь всю жизнь копаться и не разберешь, что к чему. Вот в чем суть!

– Если бы я таким деятелям как ты, Иваныч, доверял, то грош бы мне была цена, и меня бы давно из органов выперли. Так что у меня есть свой резон не доверять.

– Никакого такого резона у тебя, Федор, быть не должно, потому что мы с тобой оба коммунисты, но с небольшой разницей, – Абасов лукаво улыбнулся, – а разница в том, что я – представитель элиты, так как являюсь депутатом, а ты представитель стражи, которая должна охранять эту элиту, а не мучить ее подозрениями бесконечными и беспочвенными.

– Ну, брат, ты как Платон выражаешься. Это у древнего философа такая формула была, – оживился Туркин, почувствовав возможность блеснуть интеллектом, – помнишь его знаменитую формулу: «Элита-стража-рабы».

– Пока я жив, не угодишь, – пообещал Абасов.

– Это все так, Иваныч, – продолжал разговор Туркин, – но что же с документом, с письмом? Не могло же оно само исчезнуть из твоего кабинета? Вот так взять и исчезнуть? Кто-нибудь из твоего окружения наверняка знает тайну его исчезновения. Знает и молчит. Конечно, трудно работать, не имея союзников в коллективе.

– Кто тебе не дает, заводи, давно бы уже завел, – засмеялся Абасов, – советую тебе начать с моей секретарши Лидочки. Пригласи в кино, в ресторан… Нет, в ресторан слишком дорого… в кафе. Лучшие союзницы в любом шпионском деле – это женщины, Федор!

– Язвишь, Иваныч, у тебя ж никого не перекупишь. Попробую, чтобы какая в меня влюбилась, что ли, – отбивался Туркин, но легкая грусть в этот миг промелькнула на его лице.