В барханах песочных часов

 – Кто просматривал зарубежную, тот на этом примере убедится, насколько мы в траханьи еще отстаем от всего остального мира.

Через мгновение на экране появились две нагие и довольно худосочные девицы. Заиграла музыка. Одна из девиц ловко, как гимнастка, прыгнула на тахту, и встав на четвереньки, повернулась розовой задницей к предполагаемым зрителям. Ее партнерша стала яростно смазывать кремом ее ягодицы. Время от времени обе они заглядывали в камеру, блаженно и глупо улыбаясь невидимой публике.

Янка не выдержала и начала комментировать:

– Ну, блин, смазывает словно сковородку.

Отложив крем, девица взяла с тахты длинную прозрачную кишку и стала ее надувать. Кишка образовала нечто подобное гирлянде больших сарделек. Девица, перевязав ее ниткой, чтобы не выходил воздух, стала эти «сардельки» одну за одной вкручивать между бедер своей партнерши.

И вновь они, оглядываясь, всем видом демонстрировали, как им хорошо, какие бесподобные ощущения.

– Это фокусы какие-то, а не трах, – возмутилась Лариса, – сейчас эту напичкают воздушными хренами, она взлетит и запоет: «мама, я летчика люблю»! Действительно, лажа совковая!

Леночка тоже решила блеснуть остроумием:

– Ну чего вы хотите, девочки? Это же первые робкие шаги демократии по нашим экранам. Посмотрим, что будет через пару лет!

– Если так пойдет, то через пару лет в России все колбасные изделия мандой накроются. Они на это и намекают нам, – поддержала Янка.

– Может, в России что-нибудь и перемениться, но в нашем кафе, через дорогу которое, никогда… Хоть тысячу лет пройдет, меню будет неизменным: бледные сосиски, гречневая каша, салат из хилых огурцов и компот с мухами, – возразила Лариса.

Она достала из авоськи пакет с вареными сосисками и начала уплетать их, равнодушно наблюдая за событиями на экране.

– Печально, девки, – поддакнула Яна. – Хотя, если верить оптимистической листовке, то к власти придет некий Ге Ор и осчастливит всех.

Леночке вскоре все это надоело. Она поблагодарила подруг за прекрасный вечер и откланялась.

– Молодец, Саламандра, знает, что неблагодарность есть самый страшный грех на свете! – одобрительно напутствовала ее Янка. – Лети к своему соколу в Сибирь!

На улице накрапывал дождь пополам со снегом. Навстречу Леночке двигалась плотная мешанина из людей и машин. На полпути к дому она вдруг остановилась, что-то заставило ее вернуться и зайти к родителям.