Грязь. Сборник

О чем думал непобедимый Олоферн, когда решил покорить эту девушку? Как она растопила его стальное сердце, вновь сделав мягким, податливым и таким нестерпимо горячим? И ее рука не дрогнула. Она убила того, кто доверился ей, встал на колени и мечтал о ее внимании и ласковых прикосновениях. Взмах мечом и голова с плеч. И смотрит как на мальчишку со двора. Любила ли она хоть раз в своей жизни после этого?

В любом случае, это лишь легенда. В истории все было гораздо проще: все цели карательного похода были достигнуты.

Вот и всё, что еще добавить к этому?

После музея поэт долго стоял на Дворцовой набережной и смотрел на город. Перед прощанием в хостеле Цвет спросил Николая:

– Ты не надумал переехать?

От его привычной праздности не осталось ни следа. На смену юмору пришло чувство глубокой привязанности. Он смотрел так, будто они прощались навсегда.

– Это для тебя так важно? – с холодной серьезностью спросил Зарёв, смотря на друга сверху вниз.

– Да.

На самом деле даже лучшие друзья, бок о бок прошедшие сотни километров и пережившие ни один десяток приключений, редко когда по-настоящему искренни друг с другом.

Для этого нужно буквально обнажить душу, ни за чем не прятаться, быть одетым только в свет божественного провидения. Мало когда мы на это способны. Да и нелегко принимать правду о человеке из уст его самого, ведь это всегда ответственность. Сколько тайн сможет выдержать сердце?

– Я постараюсь. Сейчас же знаешь, дома есть дела. Но я постараюсь в следующем году. Дождись, ладно?

Тень мученика упала на лицо Цвета.

Тот качнул головой и посмотрел вниз. Николай похлопал его по плечу:

– А теперь иди спать. Сон нужен человеку в любом городе.

Антон встряхнул головой и нашел в себе силы подмигнуть.

Николай смотрел на гранитные границы Невы и вспоминал их с Антоном юные годы. Как погуливали школу, каждый раз отправляясь в дальний торговый центр, чтобы поесть и поглазеть на витрины. Как давно это было.

«Вода из фильтра переливается через край, обжигая холодом пальцы.

В недоумении смотрю на эту картину. Через секунду выключаю кран. Вода стремительно льётся по скатерти на пол. И возникает вопрос: почему же это произошло?

Этим вечером мать зашла в комнату и сказала:

– Хватит херью заниматься.

А зря. Этим вечером рисунки пошли хорошо. Это иллюстрации к роману. Они радовали своего творца. Но никто не будет воспринимать такое всерьёз. Сначала надо показать оскал, сделать что-то сильное и плохое, иначе не заметят.