Любовь с подвохом

Мы давно используем их для работы под прикрытием, они абсолютно надёжны и проверены временем.

– А если кто-то активирует в доме антимагический купол? – не унималась я.

– Ничего не произойдёт, – заверил меня дракон, – на амулетах многоуровневая защита, разработанная специально для таких вылазок. Об этом можешь не переживать.

А не переживать не получалось…

Я отвыкла от оперативной работы и чувствовала себя не в своей тарелке. Первичный азарт погас, оставив лишь настороженное ожидание и чувство безграничной ответственности.

– После того, как Микелла проверит иллюзии мы телепортируемся в порт, – продолжил Мора, – там нас уже будут ждать. Таможенная служба задержит настоящих Кэльви, охрана покажет им другой выход и посадит в заранее подготовленный кэб.

А мы в это время выскользнем через центральный вход, поймаем карету и поедем в особняк Вэрконти. Хорошо, что никто из «родственничков» не вызвался нас встречать и будет время окончательно вжиться в роль.

Сантьяго остановился у двери, придерживая меня за локоть.

– Дальше провожать не буду, – по красиво очерченным губам скользнула лукавая усмешка, – пока…

Хотелось огрызнуться, но удалось лишь сдавленно фыркнуть.

– Я ещё не дала окончательного согласия, – пошутила, и тут же оказалась прижата к стене.

– Знаю, – ответил он, и остатки моего здравого смысла стремительно утонули в бархатном, чарующем шёпоте дракона.

Хотелось прикусить язык и забрать слова обратно.

– Только помни, что и я не отказался от обещания сделать всё, чтобы ты захотела остаться со мной, Катарина, – мурлыкнул Сантьяго, нежно целуя меня в шею.

От лёгкого, дразнящего касания его губ моментально захотелось большего, но перед глазами вспыхнул облик Микеллы, и в голове набатом прозвучало предупреждение: «Нельзя!»

– Всё не получится! До конца расследования мы на любовной диете, – хихикнула, отстраняясь от опешившего инквизитора, и тут же юркнула в комнату.

– Вызов принят! – раскатисто рассмеялся дракон. – Сладких снов, дорогая!

Ну когда ж я научусь молчать?!

Глава 13. Ваш выход, господа!

Я сонно зевнула, и, отсчитав на кусочек сахара пять капель бодрящего зелья, добавила его в кофе. Белоснежный айсберг с шипением заплясал по чашке, а по комнате растёкся тягучий, горьковато-пряный аромат.