Любовь с подвохом

Интересно, о чём хотела поговорить Хранительница, если мужчины настолько разошлись во мнениях? Дагман явно был на стороне Микеллы, а Мора ни на секунду не хотел оставлять нас одних…

– Она не знает о Пламени! – паук ворвался в мои мысли настолько внезапно, что я едва не подпрыгнула. С огромным трудом мне удалось совладать с эмоциями и не уронить ментальные щиты.

Зато картина начинала потихоньку проясняться. Сантьяго переживал, как бы Хранительница не добралась до правды, а Дагман опасался, что своим отказом мы, наоборот, спровоцируем её, и леди-инквизитор начнёт копать глубже.

– Знаешь, вначале я была против твоего участия в этой операции, – произнесла Микелла, едва за мужчинами закрылась дверь.

– Понимаю, маг, потерявший Тень…

– Глупости! – отмахнулась ведьма. – Проблема не в том, что ты сейчас слаба, а в том, что делаешь слабым Сантьяго!

Слова Хранительницы скользнули по нервам заточенным клинком. Я и до этого опасалась, что могу подставить остальных. У меня не было опыта работы под прикрытием, я едва держала щиты…

– Ты снова думаешь не о том, – покачала головой Микелла.

Ох… неужели…

– Я не телепат, – отрезала ведьма, – но мне и не нужно читать твои мысли, чтобы сделать правильные выводы. Ты беспокоишься о работе, боишься подставить Мора, но совершенно не задумываешься о его чувствах.

– Послушайте…

– Нет, это ты послушай, девочка! – рявкнула Микелла, наклоняясь ближе и заглядывая в мои глаза. – Ненавижу вмешиваться в чужие отношения, но в отличие от Дагмана не собираюсь держать нейтралитет.

– Что?!

– Сюрприз, – зло прошипела ведьма, – он запретил говорить об этом. Не хотел, чтобы ты до конца дней чувствовала себя обязанной. Но мне надоели эти игры.

Сердце сжалось от боли и невыносимой тоски, хотелось ответить хоть что-нибудь… Сказать, что я не хотела, не знала… Но в голове осталась лишь звенящая пустота, а вместо слов из горла вылетали сдавленные хрипы.

– Можешь считать меня жестокой, можешь ненавидеть и проклинать, – вкрадчиво добавила Микелла, – но Мора мой лучший инквизитор и возможный преемник. Я не собираюсь лишиться столь ценного кадра из-за твоих дурацких сомнений!

Голос Хранительницы вибрировал от ярости, а в глазах плясали изумрудные огни.