Темный круг. Наследие Вассар

Но она ведь – отпрыск этого проклятого рода – не унаследовала его кровь! Значит, и ее дитя может родиться иным. Эта мысль время от времени не давала ей покоя, она мучилась сама, мучила Харраса, понимая, что он – здебор – никогда не разрешит себе этот шаг, даже если шансов будет поровну.

Лодин спустился вниз в каминный зал и тут же рухнул в кресло. В камине совсем недавно потух огонь, угольки еще тлели под тонким слоем белесого пепла. Подкинув немного дров и поворошив угли, он вытянул ноги к камину и уставился в темный просмоленный потолок.

Он решил переждать, пока Клари успокоится. Для себя он давно все решил, но она – женщина, ей больно.

В камине разгорелось пламя, тонкие его язычки потянулись к пропитанной смолой коре – древесина зашипела, затрещала и вот уже вся занялась огнем.

«Как сговорились сегодня», – подумал здебор, вспомнив разговор с Легуром.

Хран был против его союза с Клари, один Легур тогда поддержал его. Если бы Клари знала, что мнение Легура и сейчас идет вразрез с мнением всего Храна, она бы очень удивилась.

Но Харрас запретил Легуру когда-либо заговаривать с женой об этом, потому что решение он принял давно, сразу после той истории с сыном бояра Лотара. Он думал, что жена смирилась.

«Что это? Сул-Ур? Он близко и уже испытывает нас на прочность? Сколько таких проверок было во время Аларской войны?»

Пламя добралось до очередного полена – вспыхнуло и осело на чернеющей древесине. Со свистом из камина вылетел схваченный огнем кусочек коры, упал у ног здебора.

Он растоптал его, не дав огню оставить след на побуревшем полу, затем поднялся по лестнице и приник к двери. Она тут же распахнулась: Клари ждала, когда он вернется.

– Прости, – сказала она.

Он обнял ее и, запустив руку в густые волосы, тихо произнес:

– Ты меня прости. Я не должен был.

Глава 3

Сивер проснулся рано: его разбудил шум у городских ворот. Отряд здебора Харраса вернулся в город, пришедшие громко переговаривались со стражниками, обмениваясь новостями.

Дверь распахнулась, быстро наполнив крохотную комнату прохладой.

– Просыпайся, пора коней кормить! – раздался знакомый голос, и дверь тут же захлопнулась.

На улице было пасмурно, вставать совсем не хотелось. Мальчишка медленно поднялся и принялся одеваться, все еще прислушиваясь к голосам с улицы. Ему показалось, что всадники были чем-то встревожены, но, как он ни силился, разобрать что-либо не смог.