Сердце химеры

Видимо, сын короля задал его не первый раз и решил таким образом обратить на себя внимание.

– Да, – соврала я.

– И согласны с тем, что возрождение драконов нужно начать с королевской семьи? Вы кивали, значит, согласны?

Я, застигнутая врасплох, подняла на него глаза и впервые рассмотрела его лицо. Арен был симпатичный, вот только слишком сдерживал себя. Боялся лишний раз бровью повести или улыбнуться. Он, будущий правитель, уже сейчас контролировал каждое свое слово и каждое проявление чувств.

– Я… Не знаю, Арен, – честно созналась я.

Арен позволил себе легкую улыбку:

– Вы назвали меня по имени, значит, есть надежда…

В полном молчании мы вернулись в замок. Я представляла, что мои драконы снова замерли, словно каменные изваяния, но меня ожидал сюрприз. Мама извлекла на свет какую-то древнюю игру в вопросы и ответы, и сейчас все гости, усевшись за столом, отлично проводили время – смеялись и веселились.

– Твоя любимая еда? – спросила мама, обернувшись к лже-Энрану.

– М-м-м, – сказал Энран, заметив меня, стоящую в дверях, и кривенько усмехнулся. – У меня специфические вкусы.

Меня передернуло. Однако что-то во взгляде химеры давало понять, что он нарочно меня подначивает.

– Значит, желание! – подвела итог мама и задумалась, а потом обернулась за поддержкой к папе: – Скай, придумай ты!

Папа единственный не улыбался. Мало того что ему не нравилась эта затея со смотринами, так теперь еще и химера где-то поблизости.

– Эм-лорд Гларес, – быстро проговорила я, чтобы поскорее выскользнуть из замка и не видеть сосредоточенного папиного лица.

Сейдж встал. Я видела, как он доволен: его выбрали после сына короля. Не могу сказать, что Сейдж мне нравился, но его я хоть немного знала и надеялась, что с ним будет проще.

И вновь мы шли по тем самым дорожкам. В саду стало еще прохладнее, я старалась не дрожать и мысленно проклинала химеру, из-за которого теперь буду вынуждена нарезать круги по саду со всеми женихами по очереди.

– Я помню, как мой старший брат бился с твоим отцом, – вдруг сказал он. – И проиграл.

Я слышала эту историю. Родители рассказывали ее как забавную шутку. Но, думаю, в тот день им было вовсе не до смеха. А я вновь ощутила прилив гордости.

– Это же мой папа, – улыбнулась я.