И она придет

– Проветриться? Забить на это? Ты совершенно не понимаешь, что я чувствую! Ровным счётом ничего! Думаешь, наплевать на это также легко, как на очередную неудавшуюся интрижку, подобно тому, как это делаешь ты?!

– Саша, ты перегибаешь палку. – получать укор в сторону своей персоны никак не входило в планы девушки. Да, она никогда не отрицала своего лёгкого отношения к жизни, но получать такой формулировкой себе поддых ей было обидно. Два бездонных озера девушки превратились в грозовые тучи, готовые ударить молнией любого попавшегося на пути.

– Что, правда глаза режет? Хотя, это неважно… Тебе ведь наплевать на то, что я делаю. Всегда так было. И я всё пытался понять: а зачем тогда ты везде за мной таскаешься? К чему эти бесполезные усилия? И знаешь, что я понял? – парень взял выжидательную паузу, чтобы понаблюдать за реакцией девушки. О, да – оно того стоило… Медленная перемена равнодушной маски на настоящее лицо, покрывающееся пылающим румянцем стыда, что накаляется до предела, приобретая белый цвет.

На такое преображение Саша был готов смотреть бесконечно. Опьяняющее чувство превосходства над другим слишком сладко, чтобы не вкусить его. Именно это сейчас испытывал Александр, видя беспомощность Милы.

Пухлые губы девушки пересохли от нахлынувшего напряжения – она прекрасно понимала к чему клонит этот парень.

– О да, я знаю! Думаешь я совсем ничего не замечаю? Ты же летишь ко мне по первому зову, изображаешь живое участие, когда тебе абсолютно все равно… Мила, ты хочешь закрутить со мной интрижку? Думаешь, что я подарю тебе романтику, в благодарность за "участие"? – злобный смешок сорвался с губ Саши, пронзивший насквозь Милу.

Предательские слезы покатились по щекам девушки. Как бы она не хотела их остановить уже было тщетно – барьер разрушен.

– Какой же ты мерзкий… – шипение девушки еле донеслось до слуха Александра. Парень не заметил как Мила так быстро оказалась в паре сантиметров от него. Секундное замешательство лишь сыграло девушке на руку: – Ты это заслужил! – звонкая пощечина быстро вывела Сашу из равновесия – пылающий отпечаток нежной ладони больно обжег больное самолюбие парня.

Широко распахнутые глаза уставились на девушку. В этот момент парень больше напоминал Визериса перед Кхалом Дрого, чем неистовую фурию пятиминутной давности.

– Какой же ты жалкий… – быстро удаляющиеся шаги Милы эхом отдавались в коридоре злополучного издательства.