Умница-головка

«Боже мой! Они забыли меня!» – пронеслось у нее в голове, и она крикнула что было сил:

– Возьмите меня с собою! Ради Бога, возьмите!.. Ведь я погибну!

Но волны так громко ревели, ветер так страшно завывал, что в лодке никто не мог расслышать слабого голоса девочки. Между тем это была последняя спасательная лодка. Все остальные уже были далеко от гибнущего парохода.

Вдруг в одной из лодок поднялась тревога.

Маленький мальчик в теплой матросской куртке метался на корме лодки и кричал, дрожа от волнения:

– Забыли девочку!.

– Какая девочка, Господь с тобою! Все пассажиры благополучно сошли в лодки! – успокаивали его окружающие.

Но Коля Баратов твердил свое:

– Неправда! Она осталась там… Я видел…

Леня и Нуся присоединились к нему. Тогда пассажиры и матросы, правившие лодкой, стали кричать, защищая рот от ветра, в сторону следующей лодки:

– Капи-та-а-а-н!.. Передайте ка-пи-та-а-ну… что на па-лу-бе осталась еще па-сса-жирка… Девоч-ка…

– Ка-ка-я де-воч-ка-а-а-а? – донеслось издали.

Когда удалось объяснить хорошенько капитану в чем дело, он тотчас же распорядился, чтобы матросы, находившиеся с ним в лодке, гребли к покинутому судну.

Глава VI

Пароход идет ко дну

Снять девочку с парохода оказалось совершенно невозможным… Лодку подбрасывало, как щепку, и каждый раз, как только они приближалась к гибнущему судну, налетал новый вал и, подхватив ее, уносил далеко назад. Между тем девочка металась по палубе гибнущего парохода.

– Спасите меня! Ради Бога, спасите! – кричала она, но рев бури по-прежнему заглушал ее крик.

Пароход продолжал медленно погружаться в воду… Волны уже достигали палубы и заливали ее.

Девочка едва не скатилась вниз, прямо в бушующее море. Но решетка, окружающая борт судна, удержала ее. Больно стукнувшись головою об решетку, девочка на минуту потеряла сознание. Когда же она снова открыла глаза, то увидела перед собою на решетке что-то круглое, белое.

«Спасательный круг!» – сразу догадалась несчастная девочка, и в голове у нее блеснул луч надежды на спасение. Она с трудом по залитой водою палубе добралась до белого круга, отвязала его и надела на себя.

«Спасена! – подумала теперь девочка. – Спасена! Ну, а теперь, Господи, смилуйся надо мною!»

Она сложила руки, как это делала еще в раннем детстве, когда покойная мать заставляла ее молиться в постели, и наскоро прошептала молитву по-французски.