Море

А может, ну их, и поедем со мной город смотреть? Я его еще не видел. Не покажешь? Говорят, у вас тут есть рыбный ресторанчик?

Я очень хотела уехать с этого пляжа, но не могла из-за того, что нужно было все продать и купить хлеб на вырученные деньги. Но как будто сама судьба заставила меня сесть к нему в машину. Один из приезжих парней подошел ко мне и вдруг хлопнул меня по попе, я тут же схватила лоток с моими поделками и замахнулась на этого бесстыжего. Ахмет, долго не думая, вмазал нахалу, и тот грохнулся на землю с окровавленным носом.

Этот мерзавец, схватившись рукой за лицо, еще и швырял провоцирующие фразы:

– Я тебя найду, понял? Найду!

– Смотри не надорвись, герой! – прорычал Ахмет.

Я подняла поделку в виде знака бесконечности и потащила своего спасителя вон с пляжа. Оказалось, что у него рядом стояла машина. Огромная иномарка серого цвета с большими фарами. Мне такие только снились во сне. Мы уселись и помчались за приключениями. Всю экскурсию я была гидом, но без смеха не обходилось.

Нас заносило перекривлять то статую, то политических деятелей. Безрассудно прыгали мы в фонтан на площади и плескались в нем, пока нас не выгнали из него. Мы, словно дети, прыгали в классики вместе с местными ребятами. Потом обкидывались мороженым, но в итоге наступил вечер. Ахмет нежно взял меня за руку и сказал:

– Я еще не встречал такую девушку, как ты. В тебе нет фальши и лжи. Смелая, веселая, добрая, красивая и честная. Чем я заслужил встречу с тобой?

Я, улыбнувшись, достала из кармана свою поделку из ракушек в виде знака бесконечности, спросила:

– А откуда ты знаешь, может, я твое наказание?

На лице Ахмета мелькнула грусть, и он тихо ответил:

– Я на смерть готов пойти ради тебя.

Я взяла его руку и вложила в ладонь этот знак бесконечности, а потом сказала:

– Так давай сделаем нашу любовь бесконечной. Превратим эту сказку в реальность. Ты согласен?

Я помню, как он цепко вцепился в мою ладонь и ответил:

– Я на все готов, только сделаем нашу сказку реальностью.

В тот вечер я не пошла домой, а поехала вместе с этим человеком в отель. Ночь стала для нас сном и ожиданием неизвестности. Мы оба не хотели нарушать наше уединение. Нашим свидетелем была только одинокая холодная луна. Она тускло освещала комнату, словно нарочно пыталась подглядеть за нами. Легкий ночной ветерок нервно поколачивал белый тюль на окне номера, словно пророча грядущую беду. Но мы слились воедино и не замечали ничего, кроме друг друга.