Проклятые судьбы. Бойся своих желаний

Где я допустил ошибку в его долбанном воспитании? Разве так я учил его обращаться с девушками? Это же насколько надо себя не уважать, чтобы вытворять такое?

Я больше не мог смотреть на экран телефона. Не выдержав, вскочил с кресла и отвесил ему звонкую затрещину, да так, что у самого в ушах зазвенело.

– У тебя совсем крыша поехала? Ты какого дьявола себе позволил? Это вот так ты клеишь девчонок, привязывая их к кровати? Теперь не удивительно, что тебя убили. Будь я на их месте, поступил бы точно так же! – взревел я во весь голос.

Негодяй! Знал бы я раньше, сто раз подумал бы, прежде чем возвращать его. Глаза застилала пелена ярости, я снова занёс руку, но вместо того, чтобы обрушить удар на Майкла, ? с силой опустил кулак на стол. Тот жалобно скрипнул, а в его середине появилась еле заметная трещина.

Гадёныш аж вжался в кресло, дрожащими руками вцепился в подлокотники и испуганным взглядом смотрел на меня. Словно у рыбёшки, выброшенной на берег, его рот открывался и закрывался вновь.

– Ты понимаешь, что будет, если кто-нибудь об этом узнает? Что скажут люди? Что сын Барона насилует женщин, и не просто женщин, а Неприкаянных! Ты понимаешь, какой это позор?! Разве так я тебя воспитывал? Для тебя было всё самое лучшее, всё, что ты только мог пожелать! Я в тебя душу вложил, ничего не жалел, даже глаза закрывал на то, что ты бесцельно тратил мои деньги. И вот она, твоя благодарность?! – проговорил угрожающе тихим шёпотом. А, чтобы лишний раз не огреть его, только сильнее сжал край стола.

– Прости меня… Прости меня, пожалуйста, я не хотел… – его голос дрожал от страха, а глаз в панике забегал по кабинету. Он продолжил вжиматься в кресло и повторять эти слова.

– Из-за того, что ты «не хотел», мне теперь придётся убрать девчонку, – снова повысил голос.

Я на секунду прикрыл глаза, сделал пару глубоких вдохов и опустился обратно в кресло. Плеснул остатки бренди в стакан и, в миг осушив его, заговорил чуть тише:

– Если бы в своё время ты научился думать головой, а не другим причинным местом, то она могла бы жить дальше.

– Па, прости меня… Я не хотел…

– Я не хочу слушать твои жалкое нытье. Мне нужно хорошенько подумать, проваливай.

Я поставил руку на стол и закрыл ладонь лицо. Чем скорее он отсюда уберётся, тем лучше для него же. К счастью, не пришлось повторять дважды.