Проклятые судьбы. Месть отвергнутых

Это был последний наш разговор – в течение всего дня мне больше удалось до них дозвониться. А вчера по чистой случайности стало известно, что они и партия моего оружия оказались в загребущих лапах Неприкаянных. Какие-то неопытные мальчишки смогли сорвать сделку, дабы подняться в глазах своей начальницы.

– Я подумала, что они смогут справиться с заданием. Там всего-то надо было встретиться и забрать, – ответила Ксандра. Немного помялась и добавила: – Вы тогда были очень заняты своими делами, сэр. Мне не хотелось отвлекать вас.

– Очень любезно с твоей стороны. Но с каких это пор ты возомнила, что можешь отдавать поручения моим людям? То, что ты моя ученица, ещё не даёт тебе никакого право указывать. И уж тем более спихивать свои задания на кого-то, кто в разы тупее тебя, – строго произнёс я, ещё больше закипая от гнева.

Подумала она, молодец какая. А последствия, как всегда, разгребать мне. Совсем распоясались! Ладно Майкл, от него ещё можно было ожидать нечто подобное. Собственно, поэтому мне сразу показалось, что это была его идея.

– Простите, сэр, – безэмоционально проговорила она и только сейчас отвела взгляд в сторону.

Вся её бравада сразу куда-то подевалась, она уже не стала пытаться скрывать свою обиду: нахмурила лоб и снова поджала губы.

– А что с товаром? – вновь осмелился заговорить Майкл.

– Стал подарком для Неприкаянных. Я же чёртов Санта Клаус, раздаю оружие и кадавров на право и налево, бери кто хочет! – проговорил я наигранно дружелюбным голосом и с широкой улыбкой развёл руки в стороны.

Майкл немного поёжился, по обыкновению, нервно огляделся по сторонам, что зачастую делал, когда слышал об этих бледных упырях.

– Что мы можем сделать, чтобы исправить свою ошибку? – вполголоса спросила Ксандра не поднимая глаз.

– Не совершать этих чёртовых ошибок и впредь думать своей головой, прежде чем что-либо делать! – взревел я уже не в силах сдерживать себя в руках.

Одна только мысль, что кто-то осмелился пойти в обход моим указаниям, не поставить в известность, вводила в бешенство. А тут какая-то девица с раздутым самомнением и чувством собственной важности, которую я считал лучшей ученицей, поимела наглость совершить такой глупый и необдуманный поступок. И вместо того, чтобы действительно признать свою вину, она буквально выплюнула жалкое «простите» словно подачку.

– Значит так, – сурово продолжил я.