Со скелетами в шкафу

Похоже, никакие силы в мире не могли заставить ее расстаться с важным служебным атрибутом.

Григорий хотел объяснить ей, что ничего подобного не замышлял, и уже открыл было рот, чтобы произнести какое-нибудь оправдание, как дурацкая веселая музыка стихла и откуда-то из под земли раздался тихий стон.

“Этого еще не хватало”, – подумал Григорий и сделал шаг к Субботиной, инстинктивно желая оградить ее от невидимой опасности. Но она, разглядев в полумраке приближающийся силуэт, тут же выставила руку вперед, пытаясь силой жеста остановить Григория.

– Стойте на месте! – скомандовала Субботина, пожалев, что не захватила с собой наручники. Сейчас бы она быстро обезвредила этого “порядочного” продавца.

– Пройдемте лучше в дом, – предложил Григорий, подчинившись требованиям участковой.

– Здесь есть погреб? – спросила Субботина, пытаясь понять, откуда мог проникнуть сюда стон.

– Здесь нет.

– А где есть?

– Вы продолжаете настаивать, что я спрятал-таки риелторов? – Григорий тихонько скосил взгляд и увидел, что Йозеф, кажется, покинул машину.

– Не настаиваю, а выясняю. Пока выясняю, – уточнила Субботина.

Григорий еще раз нажал кнопку на брелоке и ворота наконец-то послушно поехали вверх. Невольные пленники вышли на воздух. Яркое солнце обдало их, как горячий душ. Рука Субботиной потянулась к верхней пуговице на рубашке, но она быстро отдернула ее.

“Боже, почему на работе я не могу расстегнуть даже пуговицу! Еще этого странного владельца дома надо допрашивать”, – размышляла Субботина, обмахиваясь папкой.

– А разве из гаража нет входа в дом? – вдруг спохватилась она.

– Есть, но я временно его не использую, – туманно объяснил Григорий, – пойдемте лучше через центральный вход.

Субботина прищурила ледяные глаза, не оттаивающие даже на солнце, и последовала за ним по каменной дорожке. Туфли на низком каблуке не затрудняли решительную и чуть тяжелую походку.

“Пожалуй, в ней есть некий шарм”, – думал Григорий оглядываясь так часто, что перед крыльцом чуть устоял, схватившись за перила, но сделал вид, что пропускает даму вперед. Субботина остановившись у первой ступеньки, подняла бровь.