Очарованная небом. Изгой

Мельком бросив взгляд на его лицо, мне показалось, что ему чуть больше тридцати. Но, может, и меньше – выглядел пленник довольно изможденным. Я развязала веревку на его руках. Странная такая веревка. Кровью, что ли, пропитанная. Но чьей? Ведь его руки не поранены.

– Вот и все, – я выбралась из клетки первой. – С тобой все в порядке? Ты не ранен? Вылезай уже.

Пленник не ответил и даже не посмотрел на меня. Полагаю, что теперь, когда он свободен, должен же он хотя бы поблагодарить нас. Это же само собой разумеется, если тебя спасают из плена.

– Что он делает? – боязливо спросила Хетара.

– Понятия не имею, – призналась я.

– Тебе не кажется, что мы освободили психа?

– Начинает казаться. Эй, ты! – я позвала громко, но пленник не обернулся. – Ты не думаешь, что неплохо было бы поблагодарить тех, кто освободил тебя?

Он проигнорировал мой упрек.

– Тебя, что, в хлеву воспитывали?

– Придержи язык, бесовка.

– Интересно девки пляшут! – Хетара сложила руки на груди. – Мы ради тебя жизнью рисковали, если что.

– Разве я просил вас? – пленник распряг лошадь и повел ее под уздцы к дороге.

– Вот и помогай после этого людям, – проворчала я, отвернувшись.

Нет, конечно, если настолько формально подходить к вопросу, то да – он нас не просил. Но с другой стороны он и не мог с завязанным ртом, а порядочного человека о таких вещах просить не нужно.

– Пошли, Хетара, от этого человека благодарности мы не дождемся.

Мы быстро вышли с поляны на дорогу и направились дальше. Однако не прошли и ста метров, как нас догнал тот самый неблагодарный пленник. Поравнявшись с нами, он притормозил коня.

– Чего тебе надо? – опередила я его. – Освободили – так чеши отсюда.

Сволочь неблагодарная.

– Как тебя зовут? – спросил он, с интересом разглядывая меня.

Его взгляд при совершенно равнодушном лице показался мне наглым и вызывающим, будто он знает что-то, что не дано подобному мне отребью, и снисходительно прощает нас за нашу глупость.

– Как назвали, так и зовут. Гуляй своей дорогой.

– Я хочу звать имя бесовки, что отважилась средь бела дня шататься по Ясным землям.

– Ее зовут Синеглазка, – нахмурилась Хетара.

– Ты обманываешь меня, полукровка.