Тройная метка. Право на отцовство

 – Пытаться скрыться в лесу от зверя – всё равно что раздразнить его охотничьи инстинкты.

Замерла, не успев сделать ни шагу. Сердце гулко заколотилось о грудную клетку, не давая полноценно вдохнуть, отчего горло стало болеть и ныть, но я не обращала на это внимания.

– Сядь на место, – голос звучал на первый взгляд спокойно, но тон не оставлял сомнений, что это приказ.

Оставалось надеяться и уповать на то, что вскоре вернется Раниль и опровергнет слова Крэйвена, хотя всё внутри меня болело, а сознание подкидывало воспоминания о подслушанном в гостинице.

Я постаралась взять себя в руки, на деревянных ногах прошла к столу и села. Не отпускало чувство дежавю. Когда-то я сидела за подобным столом и слушала торги за Найду, а сегодня всё повторялось снова, вот только на этот раз не было ни моего отца, ни Самира.

– Я дам за нее пятьдесят золотых, – ленивым тоном первым нарушил воцарившееся молчание один из троицы.

– Не смеши меня, Эрлих. Алайна досталась Ранилю за непомерно высокую цену, так что ставку меньше пятисот не рассматриваю, – покачал головой Крэйвен.

Я же обвела взглядом мужчин, отчего-то стараясь запомнить их имена. Данай, Шер и Эрлих. Наши взгляды с первым встретились, и он странно прищурился, словно мог читать мои мысли. По коже пробежал озноб, мне стало не по себе. Этот мужчина был далеко не прост, но разгадывать его тайны у меня не было никакого желания.

– Пятьсот? Ты издеваешься? – вздернул бровь Шер, оскаливая зубы и подаваясь вперед. – Где это видано, чтобы порченую продавали выше ста золотых?

Стиснула челюсти, уговаривая себя, что сейчас не время. Интуиция вопила, что нарываться не стоит, и мое терпение воздастся.

– Это бывшая жена Волкова, племянника кнезио, если ты не забыл, – чуть угрожающе произнес Крэйвен, впервые позволяя себе такой тон. Бровь Даная, до сих пор сохранявшего молчание, приподнялась, выказывая удивление подобной смелости рыжего, но никто, кроме меня, этого не заметил.

– Пятьсот так пятьсот, когда еще удастся пройтись по гордости Раниля, – как-то зло усмехнулся Эрлих, и я задержала дыхание, ощущая, что что-то идет не так.

Крэйвен напрягся, но быстро расслабился, словно всё в порядке, но было поздно. В мою голову стали закрадываться сомнения о причастности моего рыжеволосого к торгам.

– Что происходит, господа? – раздался вдруг знакомый мужской голос.