Винный склад

Домашнiя исторiи были безпрерывны, скандалы стали такими невыносимыми, что, наконецъ, мужъ счелъ нужнымъ пере?хать къ своимъ родителямъ, и «маркезита» зажила одна во все свое удовольствiе. Кутежи, шумъ, драки, пьяныя ласки, которыя она мелькомъ вид?ла въ родительскомъ дом?, привлекали ее съ атавистической силой и она отдавалась имъ безъ всякаго угрызенiя сов?сти, точно продолжая семейную традицiю. Въ своихъ вочныхъ экскурсiяхъ, идя подъ руку съ торговцемъ свиньями, который въ ту пору пользовался временнымъ ея расположенiемъ, она иногда встр?чалась съ Луисомъ Дюпономъ и его веселой свитой, и они кутили и напивались вс? вм?ст?.

Посл?дней любовью «маркезиты» былъ курносый атлетъ, торговецъ свиньями, съ которымъ она жила въ предм?стъи Хереса; какая-то тайная привлекательность этого сильнаго самца всец?ло порабощала ее. Она гордилась имъ, и хотя, случалось, иногда и уходила отъ него на н?сколько дней, но возвращалась всегда сама, и тогда весь кварталъ слышалъ крики «маркезиты», которую ея возлюбленный таскалъ за волосы и билъ.

Богатыя и благочестивыя семьи, состоявшiя въ узахъ родства съ Санъ-Дiонисiо, говорили съ покорностью: – Должно быть, она сумасшедшая. Но не могли покорится Дюпоны, – донъ-Пабло и его мать, – которые всякiй разъ, когда они встр?чали на улиц? Лола съ ея рыжими волосами и наглой улыбкой, возвращались домой смущенные и въ самомъ ужасномъ настроенiи духа. Они у?зжали на долгое время изъ Хереса въ Марчамалу, чтобы изб?жать встр?чи съ маркезитой и съ людьми, говорившими объ ея эксцентричностяхъ.

Блаiгодаря продолжительному пребыванiю своему въ Марчамал? Дюпонъ наконецъ, привелъ въ исполненiе давнишнее свое нам?ренiе, выстроивъ вм?сто стараго зданiя красивый и роскошный новый домъ для своей семьи. Но онь не перестроилъ жилище для виноградарей, и сохранилъ старую людскую, почерн?вшую отъ дыма, въ которой спали поденщики.

III

Когда дюжина собакъ, которыхъ держали на ферм? Матансуэла, – борзыя, дворняжки и таксы – чуяли въ полдень приближенiе смотрителя, он? прив?тствовали его громкимъ лаемъ, и когда дядя Антонiо, изв?стный подъ прозвищемъ Сарандилья, выходилъ къ воротамъ навстр?чу Рафаэлю.

Старикъ былъ прежде, въ теченiе долгихъ л?тъ, смотрителемъ фермы. Его взялъ къ себ? на службу еще отецъ веселаго донъ-Луиса, но этотъ посл?днiй, желавшiй окружатъ себя лишь молодыми людьми, а также въ виду старости и плохого зр?нiя Сарандильи, зам?нилъ его Рафаэлемъ.