Она мне принадлежит

Придется менять себя, Марат Рамисович, пора уже взрослеть и добиваться свою женщину настоящими мужскими поступками. Знать бы еще, как.

Глава 8

Настроение вдруг отчего-то испортилось. Кинула неподписанный регламент на столик и легла на диван лицом к обивке.

Спать не хотелось, но сил ни на что не было.

Изнутри разъедали воспоминания. Сцена, которая предстала передо мной, когда я ворвалась в свою же комнату.

Полуголый Архаров и девица за его спиной в не менее расхристанном виде.

Крутила это в голове из раза к разу, пока не услышала хлопок входной двери.

Злорадно мысленно хихикнула, а в реальности нахмурилась и присела на диван, вслушиваясь, что происходило снаружи.

На цыпочках подошла к двери. Я просто хочу попить воды на кухне, ничего больше. С этими мыслями потянула на себя дверь и застыла, глядя, как около двери тихо стоит Архаров. Подозрительно.

– И кого из нас мама не учила подслушивать?

Слышала яд в своем голосе не менее отчетливо, чем видела его лицо напротив.

Хотелось задеть его посильнее, чтобы он взбесился, но я его практически не знала, так что о слабых сторонах осведомлена не была.

– А что, есть что подслушивать? – усмехнулся, в глазах его вновь заискрило веселье.

– Может, и будет, – гордо вздернула подбородок и прошла мимо, огибая его так, чтобы не касаться тела.

Казалось, между нами искрило, но не в хорошем смысле. Я готова была вцепиться ногтями ему в шею и выпустить гнев наружу, но могла лишь войти в кухню, подойти к столешнице и налить себе из графина воды.

– Ревнуешь? Поэтому злишься, краса? М? – пошел следом за мной и встал рядом, заглядывая мне в лицо.

– Не понимаю, о чем вы. Мне просто не нравится, когда люди нарушают договоренности, – процедила, подняв на него взгляд и поражаясь, как можно быть настолько твердолобым.

– И какой же пункт я нарушил, бельчонок?

– Не называйте меня так! – выпалила.

– Как же? Это же условия нашего соглашения, забыла? Ты сама с этим условием согласилась.

– Это уже не имеет значения. Не после того, как вы нарушили пункт два – топнула ногой, раздражаясь от его манеры увиливать от ответов.

– Пункт два? – задумчиво пожевал губу и вскинул зрачки кверху, будто задумался.

– Так уж и быть, напомню вам, раз у вас преждевременный старческий склероз. Пункт два. Не водить в дом шлюх.