Муж? Я согласия не давала!

 – Ну, в их доме фотка твоя была на стенде. Точнее, вырезка из журнала, но…

Туплю, сильно причем, будто весь мой жесткий диск отформатирован.

– Конкретно у тебя из-за девчонки этой мозги потекли, братишка, – усмехается беззлобно старший, а затем смеется в голос, не щадя мое самолюбие.

– Да уж, – смущенно почесываю затылок и сую чужой паспорт в задний карман джинс.

– Кто такая? – встает старший брат и потягивается, хрустя косточками.

– Да так, – фыркаю, не желая больше обсуждать эту тему.

Он подходит ближе, ровняясь со мной, и смотрит в глаза. Роста мы с ним почти одинакового, так что взгляд на уровне моих глаз. Хотя я чуточку выше. Только тсс, это для него больная тема. Мы все детство дрались за это, но я-то прав, а он недоросль на сантиметр ниже.

– Ты мне тут собирался приписать чужое отцовство, так что давай, колись, – хлопает ладонью по моему плечу и усмехается, – может, мама наша лишилась отличных внуков.

Закатываю глаза и рассказываю все нелепости сегодняшнего дня.

– Ну, девчонка, может, и Константиновна, – улыбается он с хитринкой, – но легко станет Андреевной. Как, говоришь, зовут ее?

Только хочу сказать, что Майя, а затем осекаюсь и бью себя по губам.

– Пф, – фыркаю и отхожу, разворачиваясь к двери, – я еще слишком молод, чтобы становиться отцом. Просто я – страж закона, хотел, чтобы все было по справедливости.

– Рассказывай мне тут, – доносится следом голос Кости, – подсоби лучше.

Останавливаюсь и навостряю уши. Этот редко снисходит до просьб, так что мне аж интересно, что там такого.

– Секретарши знакомые есть? – хмурюсь от его странного вопроса. – Не корчи такое лицо. Знаю я, какой ты ходок.

– А твоя чего? – оборачиваюсь, скрещиваю руки на груди.

Тот наклоняет голову, листает что-то в телефоне.

– В декрет уходит, – недовольно морщит лицо, – медом им там намазано, что ли. Это уже третья подряд. Прям какая-то проклятая должность, честное слово.

Ухмыляюсь после его слов.

– Ну, брат, тут ты точно не по адресу обратился, – салютую ему рукой и отчаливаю, говорю напоследок: – я только с красотками вожусь, ты же меня знаешь.

Ухожу, бодро спускаясь по лестнице, а сам думаю.