Муж? Я согласия не давала!

– Телефон забыли, – вручаю опешившей Диане мобильный и ретируюсь, хотя изначально план был другой.

Но теперь стоит придержать коней. Если она – бывшая любовница брата, дело складывается для меня плохо. Сажусь в машину и набираю Костю.

– Слушаю, – усталый голос, походу, без продыху работает.

– Ты дома? – после положительного ответа добавляю: – Сейчас буду.

Сон мне сегодня только снился.

***

Диана

Выпускаю кота с рук на пол. Он мурлычет, привлекая внимание Майи, которая с радостным криком выбегает с гостиной.

– Ти-и-ша! – берет на руки, тиская в объятиях.

Кот у нас сибирский, толстый и огромный, на лапах почти ростом с дочку, так что на ее руках смотрится еще больше.

– Всё на месте, – выбегает из спальни Василиса, прижимая к груди свое сокровище – альбом с монетами.

Она та еще ярая нумизматка, за коллекцию кого угодно порвет и, гордо уходя, даже не обернется.

– Конечно, – киваю, разуваюсь и иду на кухню, – это дядь Паша со своим Валерой, так что под угрозой у нас только Лиза.

– Опять? – рычит она, идя за мной следом.

– Думаю, его оставят либо в следственном изоляторе, либо заставят убираться на территории участка, – развожу руками, хоть как-то пытаясь оправдать его в глазах сердитой сестры, – так что относительно спокойное утро нам обеспечено.

– Так, – упирается Василиса, – пойду я к бабке Агриппине, нажалуюсь на сынка ее, а то ишь, повадился воровать уже.

Не успеваю даже открыть рот, чтобы остановить ее, как сестры уже и след простыл. Увидела только, что она как-то странно держит руку в кармане, будто скрывает от меня что-то.

***

Василиса

– Садись, садись, – зазывает меня бабушка Лены, подслеповато щуря глаза, – пока внуки мои не пришли, они мигом все съедят, так что давай, не стесняйся.

Знаю по опыту, что по-быстрому разузнать информацию не удастся, поэтому покорно сажусь и составляю пожилой женщине компанию за столом.

– Этот охламон уже все нервы мне вымотал, – отмахивается рукой она, рассказывая о своем сыне Паше.

Слушаю вполуха ее причитания да поедаю кулебяку. Мысли мои заняты совсем другой проблемой.

– Баб Агриппина, – да, да, знаю, что не любишь сокращения имени, вот и подлизываюсь, как могу, – у меня к вам деликатный вопрос. Помните, вы говорили, что к Дианке нашей мужик захаживал один. Вы не могли бы сейчас на фотку взглянуть и сказать, он – не он?

С надеждой смотрю на женщину, даже ложку и чай от себя отодвигаю. Делаю просящие глаза, достаю снимок и показываю ей.