Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

Нехлюдовъ былъ минуту въ сомн?нiи, какъ проститься съ ней: поц?ловаться или пожать только руку. Она стояла передъ нимъ сложивъ руки и ожидая. Онъ вспыхнулъ, она тоже покрасн?ла, также, какъ 14 л?тъ тому назадъ за кустомъ сирени, но стыдъ этотъ былъ совс?мъ другой, ч?мъ тотъ. Думалось и то, что надо поц?ловать, чтобъ она не думала, что я не хочу, и ставлю ей въ вину ея позоръ. И она думала тоже. Думалось и то, что поц?луй можетъ навести на мысль о т?хъ отношенiяхъ, которыя, несмотря на женитьбу, не должны быть, думалось и то, что сов?стно при вс?хъ этихъ людяхъ.

И онъ р?шилъ, что не надо, и пожалъ ее руку. Рука была таже твердая и прiятная.

– Прощай, Катюша, скоро буду.

Скоро зашум?ли арестанты, съ звономъ ц?пей выходя изъ за р?шетки, и пос?тители стали выходить, и опять вахтера, выпуская, въ дв? руки считали ихъ, чтобы не вышелъ лишнiй и не остался въ тюрьм?.

Прежде ч?мъ ?хать домой, Нехлюдовъ пошелъ къ смотрителю и распросилъ о вс?хъ т?хъ формальностяхъ, которые нужно исполнить для того, чтобы жениться на приговоренной.

Формальностей оказалось очень много. Нехлюдовъ записалъ ихъ вс? и въ тотъ же день принялся за исполненiе ихъ.

–

Изъ Москвы уже вс? у?хали, у?хали и Кармалины, очень недовольные Нехлюдовымъ, и Нехлюдовъ оставался одинъ съ нянюшкой въ своей большой квартир?, ожидая окончанiя формальностей для вступленiя въ бракъ и отправленiя вм?ст? съ партiей въ Сибирь. В?нчанье было назначено на 6 Іюня, а на 9 Іюня отправка партiи.

Ч?мъ больше проходило времени со времени р?шенiя Нехлюдова, т?мъ больше онъ утверждался въ немъ и не только не раскаивался, но испытывалъ новое чувство радости и энергiи. Катюша была все также мертва и непривлекательна, но именно эта непривлекательность, отвратительность ея только увеличивала въ немъ его чистую любовь къ ней, не ждущую ни отъ нея, ни отъ кого бы то ни было какой нибудь награды, любовь, ищущую радости и блага не себ?, а другимъ. Онъ испытывалъ чувство подобное тому, которое бы испытывалъ челов?къ, отогр?вая замерзшаго друга.

Съ каждымъ днемъ и часомъ онъ чувствовалъ, какъ разгорается все больше и больше тепло въ его душ?, и это увеличенiе тепла, т. е. любви, не то чтобы радовало его – радости тутъ не было, напротивъ, тяжелое, напряженное чувство, – но удовлетворяло его, давало ему сознанiе того, что онъ д?лаетъ то, что нужно д?лать и лучше чего онъ ничего не можетъ д?лать.