Полное собрание сочинений. Том 33. Воскресение. Черновые редакции и варианты

То, что сознанiе этой ц?ли жизни посл? столькихъ л?тъ забвенiя выступило нетолько еще съ большей ясностью и грустной прелестью воспоминанiя, ч?мъ 14 л?тъ тому назадъ, было несомн?ннымъ доказательствомъ того, что это одно было истинно и что[141 - Зачеркнуто: не только надо отдать свою жизнь, но что нельзя жить, не подчиняя всю свою жизнь этой истин?.Истина же эта была въ томъ, что жизнь не независима, не свободна, что не можетъ челов?къ располагать ею какъ хочетъ, а что есть Богъ, есть Тотъ, кто послалъ меня въ эту живнь зат?мъ, чтобы я д?лалъ волю Его, а воля Его въ томъ, чтобы я не вралъ, не лгалъ, не скрывалъ отъ себя то, что жизнь моя, меня одного, не им?етъ смысла, а что смыслъ ея только въ томъ, чтобы если не жить для блага другихъ, то по крайней м?р? не м?шать благу другихъ тамъ, гд? я вижу, что моя жизнь стоитъ на дорог? этому благу.

А я не только не служилъ этому благу, а я прямо погубилъ и челов?ческое существо, да еще какое милое, доброе существо.Следующий абзац обведен сбоку чертой с пометкой: пр[опустить]: Онъ вспомнилъ робкую улыбку за кустомъ сирени и вчера на cуд? туже беззубую, жалкую улыбку и лицо въ рам? с?раго воротника арестантскаго халата. «Погубилъ, бросилъ и хочу устроить свою жизнь съ новой женщиной, отобралъ землю, вырастилъ на ней картофель для водки и на эти деньги хочу устроить жизнь, которая должна быть полезна этимъ людямъ». И онъ вспоминалъ крестьянъ, заполнившихъ залу суда, спокойно подчинявшихся насилiю, но ни на минуту не признававшихъ себя виноватыми. ] все то, что впродолженiи этихъ 14 л?тъ скрывало это сознанiе, было ложь и обманъ.

Пониманiе жизни, открывшееся тогда, состояло въ томъ, что ц?ль ея только въ томъ, чтобы жить въ атмосфер? любви: чтобы любить, быть любимымъ. Для того же чтобы быть любимымъ, надо было быть добрымъ, а для того чтобы быть добрымъ, надо было любить другихъ. Это и это одно тогда стояло ц?лью жизни, и потому надо было откидывать, уничтожать въ себ? все то, что м?шало этому: вс? личныя похоти роскоши, корысти, праздности, любоначалiя.

«Духъ же ц?ломудрiя, смиренномудрiя любви и терп?нiя даруй мн?», – вспоминалъ онъ теперь столь любимую имъ тогда и введенную въ свои ежедневныя молитвы давно имъ оставленную молитву Ефрема Сирина.

Онъ живо вспоминалъ теперь то свое душевное состоянiе, въ которомъ онъ былъ тогда, когда въ первый разъ гостилъ у тетушекъ, и ту внутреннюю работу, которая шла въ немъ тогда, и т? мысли, планы и работы, которые занимали его тогда.